Кодекс Крови. Книга III

Действительно, опыты с растениями и частями тел изменённых прорывами животных. Я перелистывал в начало журнала, когда взгляд зацепился за запись:

«Закончила изучение трактата мадам Пойзини. Результаты радуют, освоила три четверти настоек, одну треть из них усовершенствовала. Свёкор впервые похвалил».

Я оглянулся в поисках рабочей библиотеки, она нашлась тут же в невысоком резном шкафчике со стеклянными дверцами. Вынув трактат мадам Пойзини, я с удивлением обнаружил добротный такой справочник по ядам. Тогда становится понятной похвала старого барона невестки.

Да и мать раскрылась с весьма неожиданной стороны. Нужно будет на досуге изучить её творения, вдруг попадётся что-то стоящее. Вернув книгу на место, я принялся за изготовление субстанции, подсказанной мне алтарём.

Хорошо, что ингредиентов было с запасом, потому как первую попытку варева я банально запорол. Вторая оказалась ненамного удачней, а вот третья... Прогнав через дистилляционный куб своё творение, уже под утро я получил нужную мне субстанцию.

Следующим шагом было вычерчивание матрицы ритуала собственной кровью. Дело это кропотливое и не любящее отвлекающих факторов, поэтому я отправился прямиком в крипту.

Если я думал, что варево было самой сложной частью ритуала, то я сильно ошибался. Расписывание более полутора сотен знакомых и не очень рун по памяти со всеми связками, усилителями и фиксаторами выжало из меня семь потов, не говоря уже о том, сколько крови потребовалось на эти художества. Уставший и выжатый, как лимон, я уселся посреди своего творения и выпил залпом алхимическую дрянь из склянки.

Сознание уплывало, то ли от потери крови, то ли от неизвестного состава, но я держался. Раскрыв колбу с дедовым пеплом, я написал собственной кровью на камне руну «предок» и присыпал сверху прахом старого барона. Пару секунд ничего не происходило, а затем краем взгляда я заметил, как статуя деда спрыгнула с постамента и перекатом ушла в сторону. По ушам резанул крик:

— Держитесь, сукины дети! Не дайте ему нас раздавить!

Ответом ему была тишина.

— Какого хрена?! Почему я в крипте? — зло гаркнул барон, встав и тряхнувшись словно мокрая собака. Тут он заметил меня и замер, — Миша? Ты... вырос... — голос его звучал всё более растерянно, он пристально всматривался в мои глаза и зло процедил, — ты не мой внук, двоедушник!

Барон попытался ударить по мне магией, но мрамор статуи не смог полноценно заменить давно погибшее тело.

— Что?..