Балин. Сын Фундина. Государь Мории

Оин и Балин вначале вспоминали оставленные родные места и общих знакомых. Потом перешли на события давно минувших дней. Балин даже затянул песню о Мории, но уже после четвертого стиха сбился, забыв слова. К его удивлению, Оин не только подхватил древнее сказание, но и допел до конца. Балин обнаружил, что друг помнит наизусть очень много старинных песен и сказаний. Звезды давно зажглись на небе, когда они закончили петь балладу о сожженных гномах.

Постепенно разговор перешел на хозяина усадьбы. И здесь Оин знал гораздо больше.

Балин спрашивал себя с удивлением, как он мог не подумать о том, откуда взялся Гримбьорн Молодой.

- Ведь у Бьерна нет жены или подруги, если она только не медведица. Тогда и Гримбьорн должен быть медведем, а между тем я знаю, он не может отрастить на теле ни единого волоска, не говоря уже о медвежьей шкуре, - так вслух рассуждал Балин, глядя на далекие звезды.

- Гримбьорн рожден женщиной. И надо сказать, она была достойной парой Бьерну. Да, достойной, - повторил Оин и затянулся табачным дымом из трубки.

- Они встретились на празднике. Тогда поздравляли нового короля, Барда-лучника с рождением сына. И это был веселый праздник, - говорил гном. - Но меня тогда мало интересовал Бьерн. И веселье тоже не интересовало. Но эту парочку было заметно издалека. Бьерн был мрачный, он всегда мрачный, особенно на людях. А эта женщина не отрывала от Бьерна взгляда.

- Она была выше меня в два раза, - продолжал Оин.- Поэтому мало кто из мужчин смотрел в ее сторону.

Никому не хочется быть на голову меньше жены. Когда начались танцы, она сама подошла к Бьерну. Тому показалось неприличным отказывать, он даже обрадовался, что хоть кто-то не боится его. Я уже говорил, что они были странной парой.

- Да, это так, - продолжил после паузы гном. - И тогда на празднике они танцевали странно. Всегда в одном ритме, так что музыкантам пришлось подстраиваться под них. Никогда не видел более необычного зрелища. Лицо Бьерна менялось, как будто ветер срывал с него одну маску за другой.

Гном замолчал, и Балин почувствовал, что Оин с трудом подыскивает слова.

- Он говорил с ней. По-своему, без слов, обняв ее своими ручищами за плечи. Они качались в своем собственном ритме, и Бьерн рассказывал о себе, о своем народе, о том, как разговаривают звери в лесу и как растет трава на заливных лугах Андуина. И долго они танцевали, прижавшись друг к другу, и глаза их говорили о любви.