#Бояръ-аниме. Угроза мирового масштаба-3

— Что происходит? Для чего ты меня сюда привёл? Как я понимаю, это что-то важное?

Вместо ответа директор вытянул вперед обе руки, и в них заклубился белый туман. Секунда — и туман вытянулся в два длинных бесформенных облака, которые быстро приобрели граненые очертания и превратились... в два маномата!

— Хплрпруц... — пропыхтел Нокс, глядя попеременно то на них, то на меня. — Это... то, о чем я подумал?! Серьёзно? Это они, или у меня обман зрения?

— Это маноматы, — назидательно сказал я, беря один из них в руки. — А о чем ты там подумал, я не знаю.

— Хп... — еще раз выдохнул Нокс, беря второе оружие в руки и благоговейно оглядывая его. — Как приятно держать его в руках... настоящее удовольствие.

— Правила такие. — Я вошел на территорию площадки, держа маномат под батарею и стволом вниз — чтобы точно не произошло ни единого выстрела. — Перестреляешь меня — получишь возможно стрелять практически в неограниченных объемах.

— Это еще как? — подозрительно покосился Нокс. — Как это вообще возможно?

— Всё, что касается возможности, оставь мне.

— М-м? И что требуется?

— В этот раз мишени будут не статичные, — ухмыльнулся я и через плечо Нокса посмотрел на Виктора. — Директор?

Виктор улыбнулся, кивнул и взмахом рук создал несколько черных фантомов, которые уже с пяти метров легко могли сойти за фигуры троттлистов. Издалека так вообще очень даже похожи.

— Ах да, и еще кое-что... — Я взял маномат за рукоять и развернулся, прижимая приклад к плечу.

— А ты? — ревниво спросил Нокс, беря свое оружие наизготовку.

— И я, стало быть, тоже, — кивнул я. — Начали!

Директор постарался на славу и маны потратил приличное количество.

На место каждых двух фантомов, которых мы отстрелили, приходили три новых, и они постоянно пытались добраться до нас, коснуться своими призрачными руками, объявляя конец игры.

Но ни один из нас не позволял им этого сделать, даже наоборот — периодически приходилось подшагнуть вперед, чтобы избежать атаки с фланга, перекинуть ствол маномата практически за спину и не глядя разрядить его в противника.

Я откровенно наслаждался единением с оружием, и Нокс, кажется, не отставал от меня в этом плане.

Он будто слился с маноматом воедино, взял его каким-то непривычным и незнакомым образом, далеко вынеся вперед на ствол левую руку и практически выпрямив ее.