#Бояръ-аниме. Угроза мирового масштаба-3

Он положил большой палец сверху на ствол, а остальными — обхватил цевье.

Образовав таким образом жесткий прямоугольной треугольник, катетами в котором служили сам маномат и грудь паренька, а гипотенузой — его левая рука, — Нокс молниеносно, без какого-то намека на инерцию и необходимость ее нивелировать, переносил огонь с противника на противника и короткими двойными выстрелами, чтобы наверняка, выбивал их одного за другим.

Редкие перешагивания в сторону, чтобы выиграть или наоборот сократить дистанцию, — и Нокс снова замирал в своей непоколебимой стойке, что полностью гасило и так небольшую отдачу.

Он стрелял по два патрона, прищурив, но не закрыв один глаз и полностью распахнув второй.

Его губы при этом что-то неслышно шептали. Нокс будто на время перестал быть растяпой Маннером и преобразился, превратившись в сурового и ответственного бойца. Он действовал быстро, поражая мишени без лишних движений и паники. Не торопился, но и не медлил.

Я уже даже перестал стрелять сам и только лишь следил за тем, как стреляет Нокс.

А он будто вообще ничего вокруг себя не замечал — только стрелял и стрелял и стрелял, и, если бы маномат выплевывал гильзы, как огнестрельное оружие, Нокс уже стоял бы в них по щиколотку.

Это все, конечно, хорошо, но...

Я глубоко вздохнул, набирая воздуха в грудь, и заорал что есть силы:

— Атака с воздуха! Немедленно лечь!

Нокс послушался моментально, будто всю свою жизнь только этой команды и ждал.

Он резко подался вперед, падая на колени, и не переставая стрелять, затем завалился на живот.

Лишь в последнее мгновение левая рука оторвалась от цевья, смягчая падение, и тут же вернулась на свое место, продолжая контролировать оружие.

Так что в общей сложности Нокс не стрелял от силы половину секунды и все равно не позволил никому к себе приблизиться.

Что сказать, он был хорош.

Я поймал взгляд Виктора и кивнул, показывая, что пора сворачивать тренировку. Тот кивнул в ответ и свел ладони, удаляя всех фантомов с тренировочной площадки.

Нокс еще мгновение водил перед собой стволом, потом резко подобрал ноги и перевалился сначала на один бок, осматривая сектор сбоку, потом — на другой. Никого не найдя, он наконец поднялся и отряхнулся одной рукой, второй продолжая держать за ствол маномат.

— Ну? Сколько? — деловито осведомился он.

— Больше, чем у меня. — Я улыбнулся. — Ты очень круто поработал. Хотел бы повторить?

— Спрашиваешь. — Он заулыбался.