Острова Раздора - Подземелье кобольдов

Однако, страх быть съеденным заживо меня не покинул. Не имело никакого значения, что это была игра. Она слишком уж реалистичная и боль тут лишь слегка притупленная. Поэтому, находясь в кислотном слизне, вполне можно испытать весь букет ощущений, сопоставимый со сгоранием заживо… Я читал истории про то, как людей обливали кислотой и что они испытывали, поэтому того же себе и другим не пожелаю.

Я перевел взгляд на остальных, дабы хоть как-то унять волнение. Все остальные были спокойны – паники у них не имелось. Только готовность к бою.

Оно и не удивительно. Я был единственным параноиком в группе.

Пустота немного расслабился и опустил руку.

- Один ползет, - тихо оповестил нас син.

Облако тьмы тут же начало развеиваться, выполнив свою задачу. По той же стратегии рога заагрит и следующих кислотников. Позже. Сейчас аура только тратила ману.

Услышав слова Пустоты, Дымоход среагировал моментально. Танк поднял щит и выдвинулся вперед, готовый принять врага.

Через тройку секунд из-за угла послышалось чавкающие и булькающие звуки.

Слизень был уже близко.

В следующее мгновение желейная масса выползла на видимое пространство и, обнаружив обидчика, устремилась к Пустоте – ведь именно син нанес урон мобу. Игровые условности – кто нанес урон, тот и становится целью. Скорость передвижения ожившего желейника была не такой уж и высокой, сравнимой с легким шагом простого человека. При желании можно спокойно убежать. Или даже уйти.

Преодолев пару метров, кислотник остановился и вытянулся в сторону роги.

Внутри желейной плоти тут же сформировался какой-то ярко-зеленый комок.

«Он собирается плюнуть!» - догадался я.

Не позволю!

Вытянув навершие посоха в направлении слизня, я выпустил «глубокую заморозку». Дымчатый снаряд за пол секунды преодолел разделяющее расстояние – между нами был всего десяток метров - и, врезавшись в кислотную тварь, превратил аморфорную субстанцию в ледяное произведение искусства. Не на долго, но этого хватит.

Дождавшись моего контроля, Дымоход быстро подбежал к слизню и принялся орудовать палицей, сосредоточенно выбивая куски льда из заледеневшей плоти твари.

Пустота тут же появился подле кислотника, буквально соткался из черной дымки, после чего заработал клинками, начав выбивать осколки льда из скульптуры.

Вслед за товарищами, я начал осыпать местного обитателя «ледяными стрелами». Хоть они и наносили пониженный урон по жертве заморозки, но он был хоть каким-то, каждая капля может сыграть решающую роль.