Ярость Стикса

Но он совершил, и теперь мчался по полевой дороге, выжимая из бывшего ЗИЛ-131, все, на что был способен его форсированный местными умельцами двигатель и усиленная подвеска. Считай в одиночку, если не учитывать случайного рейдера, которого Грибник забросил в кунг машины и назначил стрелком, выехать за пределы стаба и решиться так ехать через огромное количество кластеров несколько сотен километров, мог только безумец. Или трус.

Задачу перед собой он поставил достаточно будничную для Улья – выжить самому и, если получится, дать возможность подготовиться другим, чтобы повысить шансы на их выживание.

Малину он считал обречённой.

Утро в стабе Малина началось, как обычно, еще до рассвета, с короткого совещания у Карабаса, любившего утром взбодрить себя кружкой горячего чифиря.

Тут же происходила пересменка дежурных нарядов. Старый дежурный рассказывал, что интересного (или не интересного), произошло за ночь и сколько людей сейчас находится внутри стен стаба, разделяя по количеству на «своих» и «пришлых».

Он же докладывал, кто и каким составом ушел на промысел.

Название стабу придумал сам Карабас, сказав, что раньше сам на «малинах» отсиживался, пережидая ментовские облавы, а теперь дает возможность другим бродягам в спокойном месте передохнуть от постоянных гонок со смертью на просторах Улья.

Законы молодого стаба были простые: плати и входи. Если нечем платить, тоже входи, но потом придется отработать. А цены на вход постоянно менялись и назначались главным привратником, в зависимости от платежеспособности клиентов.

Уж кто-кто, а Грибник всегда знал, сколько споранов и гороха находится в карманах и потайных местах у каждого, кто хотел попасть за стены Малины.

Вот и сегодня, покинув апартаменты Карабаса, Грибник пришел к единственным воротам стаба, в очередной раз слушая бурчание дежурных, что он долго спит, а народу давно пора ехать на промысел.

Выезжающие мало интересовали Грибника, но, на всякий случай, он себе завел тетрадочку, в которой записывал, сколько споранов было у выезжавших на кластеры, чтобы сравнить с количеством при возвращении.

Присоединившись к депортированной из Цитадели группе Карабаса, Грибник думал, что ему будет поручен поиск споранов в местах, где могли оставаться споровые мешки погибших зараженных. Но Карабас решил совершенно иначе использовать дар нежданного попутчика, бежавшего из-под опеки службы безопасности ненавистного стаба.

Грибник попал в ближний круг Карабаса, став одним из самых доверенных его лиц.