Алый осколок (Стеклянные небеса 1)

Как ты приспособилась к жизни на улицах?

Джейл долгое время молчала, сверля Теолрина оценивающим взглядом, словно решая, достоин ли он услышать продолжение. Теолрин почему-то был уверен: Джейл нечасто делилась с кем-либо этой частью своей биографии. Совсем не часто.

Возможно, он и вовсе в этом у нее был первый.

— С трудом, — наконец произнесла она, отвернувшись и вновь положив руки на бушприт. — Поначалу я думала, что подохну там, где-нибудь в сточной канаве... Но потом мысль о мести тому ублюдку придала мне сил, чтобы жить.

.. точнее, выживать. Она была, так сказать, моей путеводной звездой все это время... — Джейл замолчала и вскинула голову. — Путеводная звезда! Черт, так по ним и правда можно определять направление движения?

— Вот видишь, — хмыкнул Теолрин, — не только я сегодня узнаю что-то новое. — Он рискнул еще чуть приблизиться к Джейл. — Но чем ты питалась?

— Чем придется. Где-то находила объедки на помойках... Где-то попрошайничала... Где-то воровала... Знаешь, что в этом всем было самым неприятным?

— Попрошайничать? — предположил Теолрин.

Он не знал, что должно произойти, чтобы он смог перебороть свою гордость и начать попрошайничать. По крайней мере, в таком возрасте.

— Нет. Это-то как раз оказалось несложно... особенно после двух дней голода. Самым неприятным открытием стало то, что практически вся территория города уже была поделена между уличными шайками. А они... Они не терпели таких одиночек, как я. Знаешь, как они дали мне об этом понять?

— Как? — На этот раз Теолрин решил не строить предположения.

— Они поймали меня на шестой день моих уличных приключений. Потом завели в трущобы и дружно избили.

— Ты серьезно?!

— А что, похоже, что я тут шутки шучу? Старший из них — кажется, ему было лет пятнадцать — объяснил после этого, что если они поймают меня на их территории еще раз, то переломают руки и ноги и бросят в выгребную яму. Звучало... на редкость, знаешь ли, убедительно. Несмотря на то, что на тот момент у меня гудела голова, я запомнила каждое его слово.

Каждую гребаную интонацию! — Теолрин заметил, как ладони Джейл сжались в кулаки. Он испугался, что сейчас Джейл случайно спихнет стоящий поверх бушприта фонарь, и они останутся без освещения. — Так что... я сделала выводы и стала действовать осторожнее. Внимательнее. Как выразились бы поэты, «это был долгий и тернистый путь». — Теолрину показалось, что Джейл скривилась. — Ненавижу поэтов. Никчемные, бесполезные кретины... А, ну и хрен бы с ними.