Великий. Красный.

Она успела подумать о том что это и было тем, ради чего их противник тянул время, но выражение полного удивления на лице поднявшегося на ноги мужчины говорило об обратном.

— Это была Айка! Она умела так делать! — послышался голос церковницы, но акустика зала не позволила с уверенностью понять где та находилась. Да и не волновало это Рею в тот момент. Куда больше ее беспокоил смысл сказанных слов. По всему выходило, что подруга еще жива. И прямо сейчас ей могла быть нужна помощь. Но… Вновь взмывший в воздух падший оправился от удивления и расположился так, чтоб не оставить ей пути к уже давно за бой замеченному ходу в подземелье.

— Так вы здесь за подружкой? Еще и действуете, как я погляжу, самостоятельно. Это многое меняет. Я-то все ждал когда за вами придут ваши хозяева и заберут зарвавшихся щенков. А раз мы тут одни… Поиграем? Попробуй добраться до лестницы, девочка, — многообещающе улыбнувшись, он рукой поманил демона в воздухе к себе.

Рея на его пантомиму реагировать не стала.

Да, она жаждет помочь подруге сама. Но была уверена что если выбора нет, то пусть лучше там окажется Хедо чем никто. Вскинув обе руки, она сформировала круг куда больших размеров чем предыдущие, и секундной спустя вспышка заполнила зал серым безжизненным светом, в то время как находившийся внизу юноша уже со всех ног бежал к месту где пастью зиял ведущий под землю ход.

***

Иссей глубоко и часто дышал, опираясь спиной о стену. Он успел в последний миг. Несмотря на странную магию Кусаки, от которой в глазах мутнело, превращая очертания предметов в бесформенный кляксы, а на уши начал давить белый шум, забивая все звуки вокруг, Донашик, юноша все же вспомнил имя, сумел его заметить. И быть бы молодому Хедо вновь нанизанным на копье света, если бы под действием того самого заклинания, которое влияло и на него, он не споткнулся об очередной обломок, скатываясь кубарем прямо в ведущий вниз проход.

Парень качнулся вперед, отлипая от стены. Не время ему прохлаждаться, хотя отдышаться еще минуточку очень хотелось.

Оставляя позади Кусаку он чувствовал себя виноватым. Но они вместе сражались и видели на что способен враг. Он был уверен что она справится. По крайней мере она весь прошедший бой только и делала, что справлялась куда лучше него, хоть признавать это и было горько.