Эмпат. Остров Древних

А я чувствовал, как бешено колотится в груди сердце, губы покрываются солью, а едкий пот выедает глаза. Но сбавлять темп нельзя! Жаба ещё представляет для нас угрозу!

Вскоре я выскочил из джунглей и очутился на отвесном склоне. У его подножия грохотала узкая река. А практически на самом краю склона возвышался остроухий женоподобный блондин в кожаных доспехах со стальными клёпками и серебряными накладками. Он в мгновение ока вскинул лук и ловко натянул стрелу.

— Жуэль, — презрительно выдал незнакомец и скривил бледные губы, почти потерявшиеся на породистой физиономии с большими глазами.

— Хуэль, — зло бросил я и бросился в его ноги, поняв, что задумал остроухий.

Стрела вжикнула над моей головой, больно дёрнув волосы. А я сшиб тщедушного парня с ног и сумел оседлать его. Но внезапно руки этого козла засветились бурым светом, после чего земля вокруг нас пришла в движение, будто повинуясь остроухому…

Глава 3

Ожившая почва шустро сформировала три тонких «побега», метнувшихся ко мне с кровожадным шелестом.

Я молниеносно скатился с эльфа. И «побеги» пронзили пустоту, чудом не задев меня. Они рассыпались земляной крошкой. А остроухий одним прыжком вскочил на ноги и выдернул из ножен саблю, покрытую серыми линиями.

— Алатран! — выхаркнул он и попытался опустить саблю на мою многострадальную голову.

Я в панике перекатился в сторону и сумел разминуться с клинком. Он пронёсся в миллиметре от моего уха и полоснул землю, подняв в воздух жменю пыли.

— Лови, гомосек! — заорал выскочивший из джунглей Петрович и чуть ли не в упор запустил в остроухого разводным ключом.

Да только этот чёрт невозможным для человека движением ушёл в сторону, пропуская мимо себя ключ. Он по дуге полетел в реку.

Однако атака разнорабочего не прошла впустую. Я схватил отвлёкшегося эльфа за сапог и дёрнул его на себя. Остроухий от неожиданности всплеснул руками, но, собака такая, не упал. А вот когда в него по регбийному врезался Петрович, тогда уж он грохнулся на землю.

Я сразу же вцепился руками в музыкальные эльфийские пальцы, сжимающие эфес сабли. Но хватка у остроухого оказалась просто бульдожьей. Да и его кожа была плотнее человеческой в несколько раз. Она, наверное, смогла бы выдержать даже попадание стрелы, а то и пули. Но вот гигантской физической силой хрипящий эльф не обладал. Мне удалось выцарапать саблю из его пальцев, пока Петрович, красочно матерясь, держал другую руку скалящего зубы остроухого.