Мантра Лунного Света

Он говорил, но даже не смотрел в сторону Аши. Асура с интересом разглядывала мужчину, что терял сознание прямо рядом с ней. Он качнулся еще раз и завалился набок, не в силах больше сопротивляться. Распорядитель услышала, как возмущенно закричал работорговец Огир, требуя возместить потерю ценного товара. Асура опустилась на колени и положила ладонь на плечо воина:

— Я всегда держу свое слово, Равван, можешь спокойно отдыхать, — она была не уверена, но ей показалось, что уголки рта синекожего чуть дернулись в подобии благодарной улыбки.

— Рия, отвези Раввана и Лети в Вайолет Спирн. Пусть лучшие лекари осмотрят его и приведут в порядок.

Аша возвращалась назад, будто и не слышала криков Огира. Зато она видела радостное лицо Лети, которая пробиралась сквозь толпу онемевших рабов. Они каждый день проводили рядом с Равваном и даже не подозревали, насколько могущественен был тихий и покорный раб.

— Мы даже не обговорили цену! — кричал кримзит, а белая пена закипала на уголках рта.

— Равван был моим лучшим бойцом. А вы убили его и ради чего? Какого-то шоу?

— Черная Арена и существует ради шоу, почтенный Огир, — улыбнулась Аша, подходя к кримзиту. — Сколько вы просите за Раввана и Лети?

— За испорченный товар, — чуть угомонился кримзит, считая, что весь нанесенный урон будет возмещен. — Я хотел бы получить двести золотых монет. А живая девочка стоит намного дороже. Она — уникальная. Я собирался продать ее в Кейлирине за серьезную сумму.

Там есть специальные дома, где ценится такой товар, — облизнул вонючие пухлые губы красный работорговец. — Она не боец, я не вижу какой вам смысл в этой малышке.

— Сколько? — Аша продолжала улыбаться, сжимая шею Огира. Тот хрипел и пытался кричать, но черные пальцы сжимали слишком сильно и наружу вырывался только хрупкий, шипящий стон. — Если не можешь сказать, покажи на пальцах. Я уже поняла, что каждый твой товар исчисляется в сотнях золотых.

Кримзит поднял дрожащую пятерню вверх, а после секунды размышлений подтянул еще один палец другой руки.

Аша рассмеялась, раскрывая хватку и позволяя работорговцу упасть на землю и откашляться. Ублюдок оставался верен себе до самого конца, даже под угрозой смерти не переставал торговаться.

— Тысяча за двух рабов и еще пятьсот золотых, чтобы сегодня же ты покинул Стилантру. Сгодится ли для тебя такая сделка, почтенный Огир? — в голосе Аши не было и тени злости.