Последний из Цитадели

Запертые ворота, опущенный мост — судя по всему, те, кто оставлял замок, больше заботились не о том, чтобы кто-то не попал сюда, а чтобы потом было удобнее вернуться. Ворота же прикрыли на всякий случай, от ворья.

Замок навевал Борну мысли о прошлом. О графе Хагене, о демонах, о том времени, когда профессия Охотник кое-что значила. Славные были времена. Трудные, опасные, но славные. Вопрос лишь —хотел бы Гумберт вернуть эти времена?

Из замка донесся звериный рев, лязг железа, и Гумберт невольно расплылся в улыбке. Вот оно.

Началось. Охота. Борн прикрыл глаза. Хотел бы он оказаться на их месте? Не именно здесь и сейчас, не именно с этим демоном, а вообще? Да, да! — ответ как будто бы сам рвался из него, но… Гумберт не готов был дать такой ответ. Мир изменился, а с ним изменился и сам Борн.

— Что будем делать? – осведомился Лам. – Я чую запахи, и они мне очень не по нраву.

— Что именно тебе не нравится?

— Не знаю. Запах этого человека... демона, пока шли сюда, я успел привыкнуть к нему. А запахи других людей, такие как у тебя.

.. Они тоже Охотники?

— Наверное. Но к моему запаху ты тоже должен был привыкнуть.

— Да, но эти... Они сражаются. И их запахи немного другие. И все это вместе... Мне неприятно.

Гумберт усмехнулся.

— Боишься?

— Я не знаю, – отозвался Лам. – Одно дело – люди. Другое дело все эти… существа.

— Сам ты существо, — беззлобно буркнул Гумберт.

— Я чую их страх, но главное – я чувствую силу этого демона. И это меня... нас...

— Пугает?

— Пугает...Да, подавляет, внушает трепет.

Гумберт оглянулся на его сородичей. Все они и впрямь выглядели не лучшим образом. Кто-то лежал на земле, зажав ноздри лапами, кто-то стоял, поджав хвост и едва слышно скуля, кто-то, топорща шерсть на загривке, пробовал рычать – но в любом случае зрелище было жалкое.

— Мне сложно подобрать слово, — сказал Лам. – Мне… нам незнакомо это чувство.

Гумберт принялся разматывать веревку на «кошке».

— Жаль. Я рассчитывал на тебя.

— Я не могу быть уверен, что мы справимся.

— Да понимаю я. Оставайтесь здесь.

«Кошка» взметнулась в воздух и ухнула точно промеж зубьев стены. Гумберт погладил Арсиуса и кивнул на Лама.

— Пойдешь со мной или останешься тут?

Манул с подозрением покосился на седого «волка», сердито мяукнул. По пути сюда он хотя и успел более-менее привыкнуть к волкодемонам, но не настолько, чтобы остаться с ними наедине.

— Как хочешь, Арс, только держись крепче.

Борн помог ему устроиться у себя на плечах, с силой подергал веревку.

— Мне пора.