Чернобуров: Новая жизнь

Уже не в первый раз за день оставив Светлану Григорьевну в смятении, я повернул коляску и покатился к выходу. Навстречу мне с вопросительным видом вышел дворецкий.

– Подать машину! – приказал я. – Двух вооруженных охранников со мной. Принести копии документов, связанных с “Красноярским извозом”. И мой револьвер.

– Да, ваше сиятельство. Нам готовиться к войне родов? – невозмутимо спросил дворецкий.

– Боровина мы растопчем и без войны, – усмехнулся я.

5

Автомобиль подали быстро. Я едва успел получить то, что запрашивал: свой револьвер и документы.

Гвардейцы помогли мне забраться на заднее сиденье машины, а сами сели спереди. Инвалидное кресло сунули в багажник.

— Как самочувствие, ваше сиятельство? — осведомился водитель, трогая с места.

— Замечательно, — ответил я, раскрывая папку с бумагами.

— Хорошо, что вы в себя пришли. А то знаете, со всех сторон уже начали кусать. Надо, эт самое, жесткой рукой! — мужчина рубанул ладонью воздух. — Показать, короче, что Чернобуровы еще о-го-го! Понимаете, да, про что говорю?

— Понимаю, — кивнул я.

— Рад, что ты верен клятве, гвардеец. А теперь следи за дорогой и не отвлекай меня.

— Так точно, ваше сиятельство! — с какой-то даже гордостью ответил водитель и замолчал.

Я погрузился в изучение документов. «Красноярский извоз» был оформлен по всем правилам, зарегистрирован в государственной канцелярии, имел полную опись имущества и список работников. За службой числилось сорок четыре конных экипажа и два автомобиля для элитных клиентов.

Машины подавались только на заказ, и по улицам в поисках клиентов не ездили.

Я вдруг обнаружил, что Георгий вполне подкован в местных законах. И тут же вспомнил, что в плане обучения его отец Петр был очень строг. Он заставлял единственного сына уделять много времени наукам, а также выписывал лучших, по своим возможностям, преподавателей.

С моим «настоящим» отцом, королем Эксвелерда, они были в этом очень похожи.

Поверхностное изучение документов подтвердило, что «Красноярский извоз» юридически чист.

А после гибели отца право собственности перешло ко мне. Но пока я находился без сознания, мать имела право подписывать все документы.

И так я плавно перешел к изучению ее договора с Боровиным. Читая текст, я все больше хмурился и начинал злиться на Светлану Григорьевну. Как она могла такое подписать?! Ладно пятьдесят процентов от прибыли, но все остальное...

Обслуживание имущества, зарплата служащих, все прочие расходы — за счет Чернобуровых.