Чернобуров: Новая жизнь

Но главное тут не рубли и копейки, а возможность запачкать руки вместе с княжеским племянником.

Думаю, немногие решатся обвинить Тимофея Тигрова в темных делах, даже если узнают факты. А поскольку я буду с ним связан, то в какой-то степени тоже окажусь защищен. Не настолько хорошо, как племянник и наместник князя, но все-таки.

Если откажусь, то могу заполучить врага или как минимум соперника в правительстве. Если соглашусь — то запачкаю дворянскую честь, зато стану чуть богаче и в правительстве у меня появится друг.

Сложный выбор, но принять решение необходимо, и прямо сейчас.

16

Я взял чашку и демонстративно вылил кофе в сахарницу.

— Откажусь, Тимофей Александрович. Честь дворянина дороже денег. Надеюсь, что племянник самого князя Тигрова меня поймет.

Тимофей помрачнел и залпом выпил свой кофе, а потом также одним глотком опрокинул коньяк. Не глядя на меня, произнес:

— Вы свободны, ваше сиятельство.

Я встал, кивнул на прощание и направился к двери.

— Надеюсь, вы понимаете, что наш разговор должен остаться в этой комнате, — сказал мне вслед Тигров.

— И увы, я вынужден буду выставить вам штраф за неправомерное использование силы. От лица сибирского князя, само собой.

— Конечно. Всего доброго.

Об упущенной выгоде я не жалел. Но вот то, что вызвал недовольство княжеского наместника, было неприятно. Пока что мне это ничем не грозит, и я не думаю, что Тимофей решит сгноить меня только за то, что лишился пары сотен тысяч рублей. Хотя кто знает, насколько он мелочен.

Рано или поздно отказ в любом случае может мне аукнуться.

Значит, надо завести других друзей в правительстве. И желательно выше Тигрова.

Правда, выше наместника князя в Сибири есть разве что сам князь. Он не так уж часто бывает в Красноярске, и вряд ли будет защищать какого-то графа от своего же племянника.

И все-таки связями необходимо обзавестись. Если у меня будет много друзей среди чиновников, то даже у Тигрова не получится легко меня свалить. И у меня есть идея, как начать этими связями обзаводиться.

А пока лучше вести себя потише и не устраивать заметных событий.

Уничтожение поместья Боровиных и так уже на всех передовицах. Костя и даже служащие городской конторы «Чернобурского леса» успели пожаловаться, что их осаждают журналисты. Несколько репортеров вынюхивали что-то возле нашего дома. Я велел не давать комментариев, но это плохая стратегия — молчание можно трактовать по-разному, и вряд ли его трактуют в нашу пользу.