Чернобуров: Новая жизнь

— Как же? Мы все-таки родня! Что с Людочкой, она цела?

— С Людмилой все хорошо, — холодно ответил я. — Послушайте внимательно, дядя: если не хотите, чтобы я уничтожил гостиницу и заставил вас платить за восстановление, то свяжитесь с преступниками и убедите их сдаться. У вас есть часа три-четыре, прежде чем все силы доберутся до них и начнут бой.

Игорь протяжно вздохнул и сказал:

— Послушай, Гоша. Там не все так просто. Видишь ли, главарем этих людей был кое-кто по имени Кадир. Преступник, но весьма разумный и, как ни странно, честный человек.

Однако после того, как, э-э, неизвестные напали на бандитов в лесу, Кадира сменил некий Фарух. Я не знаю, что случилось — может, старого главаря убили твои... то есть, эти неизвестные. А может, у бандитов произошел переворот.

Фактически Чернов только что сознался, что вел дела с преступниками, и что прекрасно знал про игорный притон и все остальное. Глупо было сомневаться, что это не так, но при наших прошлых разговорах Игорь все отрицал.

— К чему вы ведете, дядя?

— К тому, что этот Фарух — какой-то сумасшедший! С ним не получится договориться. Он стал предъявлять мне какие-то невозможные требования. Сказал, что будет мстить за погром в лесу, и...

— Стоп! — резко прервал я и процедил: — То есть, вы знали, что я и моя семья под угрозой, и молчали?

Несколько мгновений Чернов дышал в трубку, а потом залепетал:

— Послушай, я же не знал что он имеет в виду тебя...

— Вы очень расстроили меня, дядя. Пожалуйста, возвращайтесь в Красноярск как можно скорее.

Или я буду вынужден пойти на решительные меры.

Я повесил трубку и не стал отвечать на последующие звонки от Игоря. Потому что, видит Лисица, я был на грани срыва. Я всегда, всегда держу себя в руках — и в новой жизни это был единственный раз, когда я чуть не взорвался.

Ублюдок Чернов! Всего-то стоило предупредить, что есть угроза нападения. Я бы принял меры и не позволил так напугать сестренку.

О, я очень надеюсь, что ты послушаешь меня, дядя, и вернешься в город как можно скорее! Ведь чем дольше я жду — а я и так прождал уже долго — тем более крупный счет я тебе выставлю.

И дело не только в деньгах. Уже сейчас тебе придется на коленях извиняться перед моей семьей...

Добравшись до поместья, я еще раз успокоил маму и повидался с Людмилой. Сестра, как ни странно, была в порядке — уже отошла от пережитого потрясения и даже с упоением рассказывала, как огненный шар взорвался прямо перед каретой.