Дикое Поле. Том 1

— Влюбился? — удивилась русалка. — Когда это успел?

— С первого взгляда, — признался я.

Во сне русалка выглядела намного краше, чем в данже, правда мелкие детали исчезали из восприятия, смазывались, зато появился духовный фон, оттеняющий и многократно усиливающий ощущения, остающиеся от созерцания ее красоты и осознания ее совершенства. Физически русалка слегка отличалась от сестёр, ее прическа была короче, как на голове, так и на лобке, она была ниже ростом, но при этом чуть шире в бедрах, и грудь была, наверное, троечка, если не четверочка.

Система услужливо подсветила русалочью грудь и вывела информацию:

[Размер груди: 3]

Надо же, вроде «система», а и в вопросах груди разбирается…

— Так, и что влюблённые в русалок русы обычно дальше делают? — оторвала меня от приятных размышлений новая знакомая.

К слову, сейчас она не выглядела такой опасной, серьезной и взрослой как в данже, теперь она вполне бы сошла за мою ровесницу.

— Обычно – не знаю, но я бы предложил на тебе жениться, только не знаю как к этому твои сестры отнесутся, — как можно серьезнее ответил я.

— Это сложно, — прищурилась русалка, и красноречиво посмотрев мне ниже пояса добавила: — Соблазн слишком велик…

— Это да, — не стал спорить я, чувствуя, что начинаю краснеть (во сне то!) и попытался отшутиться: — Если совсем уж невмоготу станет, то можно и перепихнуться, по-семейному…

— Ого, — картинно изумилась красотка, — а мёсье знает толк в извращениях…

— Кстати, благодарю за то, что помогла выйти из красного данжа, — попробовал соскочить я со скользкой темы; что бы я не чувствовал к этой красотке, как бы сильно я ее ни хотел, но при этом и не чувствовал себя в праве изменять своим девчонкам.

— Не за что, — хмыкнула красавица. — Ты так-то и сам мог выйти…

— Ну да, по клубочку, — согласился я, вспомнив подсказку системы.

— Догадался, значит, — хмыкнула дева. — А сестры уверяли что дурак…

— Дурак тоже может быть догадливым, — заступился я за своих русалок, и мысленно добавил: «Или иметь нейросеть в помощниках».

— Значит, здесь ты и живешь? В степи?

— Здесь, — согласилась степная жительница.

— Ты тоже русалка? Или берегиня?

— Вроде того, — усмехнулась русалка. — А ты значит рус? Или здухач?

— Понятно, — понял я: «берегиня» это все-таки класс, и, кстати, не факт, что у этой степной русалки класс именно «берегиня».