Отражения

— То были трудные времена: друзья оборачивались врагами, враги носили маски друзей, — она покачала головой, но все еще держала его за предплечья теплыми ладонями. — Любой выход в город мог закончится нападением из толпы, в штабе тоже было небезопасно. Тогда-то я и разменяла свою улыбку на... — она подняла руку и погрузила пальцы в копну поседевших волос, — это.

Со временем она приняла это как странную, но неотъемлемую часть себя, потому что ни свитки, ни зелья, ни амулеты, ни лучшие жрецы на континенте не могли остановить то, что с ней происходило.

На неделю или две голоса замолкали, но вскоре возвращались снова. Сайдири видела слишком много сломленных солдат, чтобы не понимать, что есть вещи, которые нельзя вылечить ни магией, ни словом божьим.

— Я думала, что схожу с ума, — рассеянно погладив Ланна по плечу, проговорила она. — Капитан был одним из немногих, кто говорил, что с этим вполне можно жить, что таких ветеранов много...

Она стала теперь одной из них: тревожной, подозрительной, агрессивной.

День за днем она пыталась отыскать источник. Растрачивая свитки обнаружения десятками, она до последнего верила, что это порча или проклятье, или чары. Но жизнь медленно превращалась в хаос, от которого она спасла землю, но не уберегла собственный разум, пока наконец в один далеко не прекрасный день она не обнаружила себя посреди Дрезенской площади над трупом ни в чем неповинного коменданта.

Беднягу воскресили на средства храма Иомедай.

Сайдири ушла из города той же ночью.

Когда Ланн нашел ее, она была не одна уже слишком долго, и ей пришлось заново учиться слышать кого-то, кроме своих демонов. Но, в конце концов, если она не могла доверять себе, она должна была доверять кому-то другому. И Сайдири предпочла слушать его, и вернулась за ним потому, что ей действительно нужно с ним разговаривать. А он-то думал она шутит...

— Последние три дня их нет, и если это не совпадение, то они отступили для того, чтобы бросить мне под ноги капитана, — Сайдири подняла руку и погладила Ланна по щеке, покрытой чешуей.

— Это может повториться, и не нужно долго гадать, кто будет следующим...

— Я был на той же войне, что и ты, — накрыв ее руку своей, ободряюще улыбнулся он. — Я знаю, как разбираться с демонами.

— А еще у тебя есть запасное сердце, чтобы снова вложить его не в те руки, — она снова отвела глаза. — Хорошо, если это будут демоны. Плохо, если это буду я.