Бог Тьмы

Всё потому, что ты боялся. И теперь ты получил по заслугам: вся ненависть, вся злоба, всё отчаяние, копившееся в тебе многие годы… Всё это вырвалось бесконечным потоком, наполнило тебя.

— Я ведь…

— Нет, это не злость. Ты познал настоящую злость, когда тебя уже почти лишили этой девчонки. Ты показал своё настоящее лицо, сорвал маску! Ты не хотел признаваться самому себе, как ты наслаждался, когда рвал этого Иблиса, когда избивал его. Потому что боялся. Теперь же… загляни своему страху в глаза, прими его и сделай его своим мощнейшим оружием.

Позволь, наконец, Хаосу стать частью тебя, твоей Сути, что даровали тебе при рождении. Позволь Ему… сделать тебя лучше.

Опять ему говорят про Суть? Неужели… “Даровали при рождении”? Он не понимал, совсем ничего не понимал. И в то же время осознавал если не всё, то очень многое. Значит, он всё-таки обладает Сутью – тем, что является частью Богов, их незримой сущностью. А что значит “даровали при рождении”? Значит, он не родился с нею, но получил от кого-то? Но разве такое возможно?

Неро медлил.

Он прав. Кем бы он ни был на самом деле, он прав во всём… и это раздражало! Раздражало, что он такой трус, что он такой… жалкий. Его отец… Да, его отец заставлял его прятать свою злость за маской холодного спокойствия, за маской тихого, “праведного” гнева… А затем… ритуал. Он мало помнил о том дне, однако в его голове чётко отпечаталось, что ему было очень больно, страшно, холодно… и очень обидно. Его захлестнула обида, которой было нельзя удержать. Затем злость, ненависть… и после его настигло спокойствие. Спокойствие, от которого, однако, было намного тяжелее, чем от самой ужасной ярости.

— Отец! – крикнул мальчик, чьи конечности были жёстко прикованы к каменной плите, исписанной рунами.

Но тот не слушал. Он, грозно выглядящий рыжеволосый мужчина с длинной толстой косой до самого пола, глава Аксиев, скрестив руки на груди, кивнул трём дряхлым старикам с, однако, очень живыми глазами… мальчишка словно попал в бесконечные бездны, холодные и мрачные, где царили свои законы, единые для всех.

Они едва заметно улыбнулись и подошли ближе, встав по три стороны от маленького Неро, перед которым в плиту был вонзён Эрион. Чудовищная аура, голоса в голове, боль от кандалов, холод тела и… Сути.

Спокойная тишина превратилась в звенящую, когда Неро увидел, как они, вознеся руки наверх, раскрыли рты. Первые слова. Они были… буквально не произносимы, а любая попытка проговорить их мысленно доставляла ужасную боль.