Боги вне подозрений

А потом вдруг шагнул навстречу жрецу – слишком близко, нарушая все правила приличия. И нарочно доверительным голосом произнес:

– Вы никогда не были проницательны, господин Красс. – Обращение по фамилии и без обязательного «те-рион[6]» к жрецу считалось оскорбительным, низводило его до уровня обычного горожанина. – Иначе бы давно уже поняли, что наша прекрасная Богиня устала от вашей помпезности, от всех этих длинных нудных церемоний, от почтительности, подменяющей чувства. Вы стары, господин Красс.

Ведь и я уже не так молод, а когда-то я действительно чистил вам сапоги. Как хорошо, что вы сами признаете это. Думаю, Праздник Цветения – праздник обновления, молодости и красоты – следует продолжить Церемонией Вопроса.

Темноволосый нахал выпрямился и звонко щелкнул закрывшимся веером.

– Надеюсь, тут найдется тот, кто спросит у Богини, не хочет ли она сменить своего верховного жреца?

И, конечно же, таковой нашелся. Собственно, их нынешний глава и нашелся.

Нарра оказалась к нему очень благосклонна. А через два месяца он женился на двоюродной сестре протектора Ро.

Шерши же, услышав Ответ Богини, вновь улыбнулся за веером и обронил:

– Ну наконец-то я смогу спокойно поболтать.

В этом был весь Ро – никогда нельзя было понять, где заканчивается его мелкая мстительность, а где начинаются интриги, когда его надутые губки просто дань капризности, а когда приподнятая бровь означает готовность к смертельному удару.

Связываться с Шерши не любили, но только те, кто боялся стать его врагом.

Зато рядом с ним всегда было весело. Вот только как же таким управлять?

Оставалось только уповать на всемерный авторитет старшего протектора Нарры.

– Думаю, нет смысла бороться с тем, с чем в данный момент мы справиться не можем, – несколько неожиданно для всех – слишком спокойно для такой вопиющей ситуации – произнес Льот. Отпил из серебряного бокала прозрачной холодной воды и продолжил: – Насколько я знаю Шерши, он уже в курсе всех дел, а нам лучше обсудить наше задание и будущие действия, дабы все владели информацией в равной степени.

Его собеседники согласно закивали головами. Из них только Шаи был более-менее в курсе происходящего.

Старший протектор, убедившись, что завладел всеобщим вниманием, начал четко и сухо излагать имеющиеся у него факты. Впрочем, он немного лукавил – кое-какие сведения Фарклайд не посчитал нужным разглашать.