Чернобуров 2: Таёжные войны

— И он, кажется, продал вам свое изобретение? Портальные свитки ограниченного действия?

— Откуда вы знаете? — нахмурился я. — Это родовая тайна.

— Не забывайте, где я работаю. Знать тайны входит в мои обязанности, — Тихомиров снова улыбнулся, но на сей раз как-то угрожающе. — Полагаю, Кротов способен создать мощный свиток призыва. Как вы думаете?

— Ведете к тому, что это я призвал существо с шестого уровня Изнанки? Еще больше похоже на фантазию.

— И все же более рациональную, чем ваша.

— Послушайте, если б я хотел убить Шершнева, то просто продолжил бы войну.

Или проломил бы ему голову, — я стукнул тростью об пол. — Но мои руки чисты, слово чести.

— Не имею права сомневаться... Однако по моему опыту, аристократы часто творят грязные дела, прикрываясь именно честью. Парадокс, не правда ли? — Сергей откинулся на кресле.

— Я все рассказал как есть. Можете не верить, но в этом случае я требую допроса с менталистом.

— Может, лучше все-таки поговорим начистоту? Вам в любом случае не грозит ничего серьезного.

Подумаешь, убили соперника во время мирных переговоров, — Тихомиров кровожадно рассмеялся. — Если сознаетесь, то вас, наверное, даже не лишат титула.

— Менталист, — повторил я.

— Какой же вы настырный. А знаете, менталисты тоже порой допускают ошибки, — вкрадчиво произнес Сергей, наклонившись ко мне. — Иногда в пользу обвиняемого, а иногда наоборот. Вдруг он скажет, что вы врете? Доказать обратное будет ну очень сложно. Тогда-то у вас точно отберут графский титул, а вместе с ним имущество.

— Спасибо за предупреждение, — кивнул я. — Раз вы так не уверены в своих менталистах, я отыщу другого.

Лицо Тихомирова помрачнело. Улыбка превратилась в кинжал, готовый чиркнуть меня по горлу.

— Кто же вам позволит, граф?

— А кто запретит? Вы, безродный? Или наместник князя? — я тоже наклонился, твердо глядя агенту в глаза. — Я прекрасно знаю законы, Сергей. И у вас не получится меня запугать. То, что вы успели пошептаться с Тимофеем Александровичем, ни на что не влияет.

— О, ваше сиятельство, — серые глаза Тихомирова жестко блеснули. — Я очень не советую вам ссориться с Имперской службой безопасности.

— А я не советую вам ссориться со мной. И еще не советую дружить с Тимофеем. Он, знаете ли, в шатком положении.

— Неужели?

— Скоро убедитесь.

Я понимал, что мои слова дойдут до Тигрова. Пусть. Я ведь и так предупредил перед началом войны, что не оставлю его в покое. Так пусть понервничает и подумает, что я собираюсь сделать.