Князь лавин

- Я распорядилась создать этот бассейн после того, как умер последний брат моего сына, - проговорила Жань Э. Это было в прошлом году, вспомнила И-Лэнь, господин Шафрана распорядился устроить похороны, достойные наследника.

Теперь И-Лэнь поняла. Преодолевая дрожь, она сделала шаг и встала рядом с императрицей. У Жань Э было трое сыновей. Остался один. Быть может, он имеет отношение к безвременной смерти своего брата. Быть может, нет. Кто знает?

Ало-желтые змеи. Цвета императоров. Этих змей так и называли - " эфа цуа", - " золотая ( или шафрановая) петля".

Есть легенда, что один из первых императоров династии Ба посылал их в обитых золотой парчой коробах своим врагам. Этих змей издавна почитают там, где они водятся, - в дельте реки Лусань и влажных лесах Тиото. Человек после укуса " эфа цуа" умирает меньше чем через двадцать ударов сердца, и в теле его остается столько яда, что оно не разлагается в течение восьми дней.

Время текло медленно. Наблюдая, как эфа цуа завораживающее медленно перетекают с места на место, сплетаются, трепещут язычками, ощупывая препятствия на своем пути, И-Лэнь ощутила какое-то странное, болезненное любопытство, словно заступила за какую-то неведомую черту.

- Вы думаете, что мою дочь убили? - ровно выговорила она.

- А ты веришь, что она выбросилась из окна? - повернулась к ней императрица.

- Нет, - честно ответила И-Лэнь, - Последнее время я ее редко видела, но О-Лэи - дочь своего отца. Фэнь считал самоубийство трусостью.

Императрица помолчала.

- Да, Фэнь, - наконец, сказала она, - Надежда империи. Ты знаешь, это ведь по моему приказу он бежал.

Сердце И-Лэнь пропустило один удар. Когда-то, давясь втихомолку слезами в своих, - о, каких непривычных! - долгих одиноких ночах, она много раз клялась найти разгадку его тогдашней поспешности, тогдашней глупости. О, как она отговаривала его!

- Зачем? - выговорила она непослушными губами.

- Южная война, - императрица пожала плечами, - Тогда казалось, что мы не вылезем из нее.

Все рушилось. Я надеялась, что мне удастся добиться встречи Фэня и Шуань-Ю без этого коршуна Цао, и мой сын вернет ему командование. По крайней мере, я несколько раз с ним об этом говорила.

" А мне бы лучше теперь этого не знать", - подумала И-Лэнь, чувствуя, что еще немного, - и она зажмет руками эту смертельную рану, вновь открывшуюся в ее сердце. Она тоже была тогда в том зале, когда Шуань-Ю говорил это.