Князь лавин

Шамдо оказался не столь огромным и величественным, как запомнилось детскому взору О-Лэи. По сравнению со столицей это был просто небольшой городок, обнесенный стеной из кирпича-сырца, изрядно потрепанной в последних боях . Взгляд О-Лэи отметил неровные проплешины наскоро замазанных глиной прорех в стенах, узкие глинобитные улочки, и воинов в кожаных шлемах с султанами из конского волоса, заполонивших город. Воины были везде, и многие из них, невзирая на светлое время суток, выглядели не слишком трезвыми. Они весьма бурно приветствовали кативший по городу караван, и в ответ им неслись не менее едкие приветствия проституток, многие из которых вылезли из своих телег наружу и уже вовсю расхваливали свои прелести.

О-Лэи кожей чувствовала, как весть об их прибытии распространяется по городу, и удовлетворенно улыбнулась: суматоха была бы ей на руку.

Дом Глицинии оказался знававшим лучшие времена деревянным строением, покрашенным синей краской, с таким же квадратным обширным двором и десятком хлипких на вид павильонов, выглядевших в это время года довольно жалкими.

Суматоха, как и ожидала О-Лэи, поднялась страшная. Во двор высыпали все обитательницы, оценивающе глядя на вновь прибывших, караванщики принялись разгружаться, сваливая тюки на мокрые камни двора, что немедленно вызвало поток истошных воплей. Все бегали, суетились. Тюй Ху поднялся по ступеням и исчез в доме. Две женщины, подбоченясь, принялись выкрикивать оскорбления, с порога что-то не поделив, вокруг них начала быстро образовываться толпа.

Оказалось, что обе носили одно и то же имя, по привычке певичек брать себе цветочные имена.

- И это тебя зовут Пион? - орала на новенькую одна из старожилок, - Что за чахлый, изъеденный ржой куст крапивы! Отправляйся назад крутить хвосты коровам, скотница!

- Мужчины Шамдо, должно быть, не видели цветов пиона, если они позволяют такой страхолюдине так называться! - не оставалась в долгу противница.

Изрыгнув еще несколько подобных реплик, они к всеобщему удовольствию вцепились друг другу в волосы.

О-Лэи быстро сползла со своих кож на задок телеги, и спрыгнула на землю. Ворота, на ее счастье, только прикрыли, забыв или не сочтя нужным задвинуть на них засов. Пользуясь тем, что все внимание присутствующих отвлечено на разгоревшуюся свару, О-Лэи змейкой скользнула к воротам, прикрываясь телегами. Когда она незамеченной выскользнула на улицу, ее сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.