Мультикласс. Том I

Девушка не стала атаковать меня, даже наоборот. Она просто шагнула ко мне, обхватила руками и пристроила голову на плечо. То, что я её удерживал, Кайара, похоже, восприняла, как объятия — и, очевидно, её потребность в них пока была закрыта не полностью.

Меня в целом такой поворот скорее устраивал — всяко не мордобой, да и барышня весьма симпатичная. Однако, это оказалось так неожиданно, что я малость опешил, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не стоять, как дурак, а хотя бы обнять девушку в ответ.

И найти паникующим взглядом Виктрана — как раз чтобы увидеть, как он, ухмыляясь аки последняя сволочь, машет мне рукой и растворяется в воздухе.

Что же, по крайней мере, это можно было трактовать, как отсутствие у богоподобного опасений за мою жизнь. Но дальше-то что? Нет, будь я немного большим гадёнышем, чем я есть, например, несколько более типичным книжным попаданцем, это было бы понятно и даже прямо очевидно. Вот только как человек, иногда всё-таки думающий головой, я осознавал, насколько неуместны сейчас будут какие-либо поползновения.

Хотя, не буду строить из себя святого, на мгновение я о них подумал.

Зато следующая мысль была несколько более конструктивной. Говорить. Поддерживать контакт, который, в теории, должен был стать чем-то вроде нити Ариадны для её заблудшего сознания.

И я заговорил. Для начала — представился. Затем в общих чертах обрисовал, кто я такой и в какой ситуации мы находимся. Потом, правда, поток моего красноречия малость прервался, поскольку новые темы для разговора запаздывали, а Кайара всё ещё не спешила как-то на мою болтовню реагировать.

Однако, я вышел из положения, спев ей «Балладу о борьбе». В конце концов, попаданец я, или просто погулять вышел?

Самого меня это, правда, смутило донельзя. Какая-то прямо-таки звенящая пошлость получалась, даже с поправкой на иронию. Да и, честно говоря, певец из меня такой, что впору было опасаться эффекта, строго обратного ожидаемому. Сам бы потерял сознание, лишь бы больше этого не слышать.

Молчать, однако, было страшно. И тогда я начал рассказывать истории. Подряд, какие только всплывали в моей памяти, порядком засоренной крайне пёстрым медиа-контентом.

Первой стала драматичная и поучительная сага о семействе Скайуокеров, благо напоминало мне здесь о ней очень многое. Затем — о хоббитах, зловредном Кольце и вернувшемся Государе. А потом и вовсе всё подряд. Дальше я уже не запоминал, поскольку толком и не пропускал через голову.