Мультикласс. Том I

Причём, из какого-то азиатского фэнтези про собратьев-попаданцев. Такое себе обычное стартовое поселение, стереотипное в чём-то даже в ущерб здравому смыслу. То есть, аккуратно выбеленные фахверковые дома, мощёные булыжником улочки и россыпь мелких анахронизмов, типа уличных фонарей образца позапрошлого века минимум, или уж больно тянущих на фабричные одежд обывателей.

И из всего этого следовало впечатление второе. Которое уже было намного менее стереотипным, в чём-то глубоко личным, но при всём при том, как мне показалось, весьма точным.

Когда-то, начитавшись Джека Лондона, я для общего развития прошёлся по тем материалам о Клондайке, до которых получилось дотянуться. И оттуда мне запомнились рассказы о провинциальных городках, купающихся в роскоши, пока через них сплошным потоком шли старатели, и болезненно возвращавшихся к естественному состоянию, когда Золотая лихорадка завершилась.

Коррег до безумия напоминал один из них. Когда на окрестных локациях правящий клан объявил свободную охоту, сюда валом повалили авантюристы, нацеленные в кратчайшие сроки набить столько големов, чтобы выручки с них хватило на безбедную старость.

Что на практике удавалось, разумеется, не всем. Однако, независимо от степени удачливости, искатели лёгкой прибыли принялись столь же легко прогуливать часть добытого прямо на месте.

Собственно, на эти средства городок и был приведён в своё нынешнее парадно-выставочное состояние. Поскольку почему бы не поставить дорогой фонарь, работающий на сердечнике голема, если материалы для него добываются в округе в явно избыточных объёмах?

И, в свете этого, очевидной виделась дальнейшая судьба Коррега.

Сперва наливать эль станет заведомо выгоднее, чем собственно чистить дикие локации. Затем из-за этого в городке резко упадёт число авантюристов. А дальше, по причине невменяемого разрыва между уже ставшим привычным бытием и жизнью по средствам, настанет этап, который по цензурным соображениям лучше всего опустить. Но закончится и он. Например, тем, что из форта под красно-белыми флажками, размещённого у окраины города, выйдут крепкие ребята с приказом бить всех, кто нарушает порядок и чинит безобразия.

— Ты, похоже, переоцениваешь «перчаток», — сказала Кайара, когда я поделился с ней этими мыслями.

— Кого? — не понял я.

— Клан «Железная рука», — пояснила она. — У них эмблема — белая латная перчатка на алом фоне. Мои «Ястребы» враждовали с ними.

— И потому они со всех сторон плохие? — с сомнением переспросил я.