Мультикласс. Том I

Если они там годами живут с выуживания денег у честных авантюристов, то легко предположить, что делать они это неслабо натренировались. С чем при некоторой сноровке вполне можно бороться, и, заметь, я не сомневаюсь, что таковая у тебя есть. Но лучше не рисковать.

— А в-третьих?

Я хитро улыбнулся.

— Почему ты решил, что есть «в-третьих»?

— Да потому, что оно у тебя всегда есть, — Локрин хмыкнул. — О чём бы мы с тобой поговорить не успели, если ты считать начал, то всегда до трёх, не больше и не меньше. Тебе самому тройка нравится, или в обители в привычку вошло?

— В какой ещё обители? — мысленно задался я вопросом.

— В монашеской, — пришёл от Каи не менее мысленный ответ. — У кого класс монаха обнаружился, те поначалу в обитель идут, чтобы не только боевые навыки освоить, но и духовную силу развить. Её ведь простым навыком не запустишь, здесь умение нужно.

— О! — заинтересовался я. — А какое?

— Так это ты монах, не я, — резонно заметила Кая. — У паладинов, чтобы, например, страх у себя и согруппников приглушать, практикуется внутреннее созерцание.

То есть, отогнать от себя все мысли и прислушаться к ощущениям . А что монахи для этого используют — не знаю.

У меня сразу возникло предположение, что представители моего класса тоже медитируют, может только ещё с литаниями какими-нибудь, вроде «страх убивает разум» или «сила течёт во мне и я един с силой», а то и «господин Виктран, помилуй нас грешных». Собственно, на то и монахи. Эту догадку я, впрочем, пока оставил при себе. Вдруг глупость какая?

— Ладно, ты прав, — сказал я вслух.

— Есть «в-третьих». Но не хотелось болтать об этом почём зря.

Но озвучить финальный аргумент в пользу ретирады из Коррега я не успел — впереди на тропу из-за деревьев вышли четверо. Точнее сказать, даже прямо хрестоматийный неистовый квартет из латника-щитоносца, двух джентльменов в сутане и мантии соответственно и совсем не джентльмена, обладавшего довольно-таки уголовной рожей наряду с небольшим двояковыгнутым луком. Файтер, клирик, маг и вор, классика.

Также эта компания была примечательна, кроме своей стереотипности, едиными красно-белыми цветами в одежде и эмблемами с латной перчаткой на груди.

— Можешь дальше не объяснять, — вздохнул налётчик. — «В-третьих» я своими глазами вижу.

Сказав это, он остановился и сбросил рюкзак на землю. К чему именно был этот жест, я в точности не понял, хоть и имел догадки, но на всякий случай сделал так же.

— Хорошую поклажу несёте, — без предисловий и приветствий заявил латник.