Вампиры тут лютые

Где там хозяин печать для писем хранит?

Степан глухо ухнул и болезненно прикусил язык. Вот же ж как не повезло! И почему портал открылся в десяти метрах над землей?

Дернулся и свалился с дерева. Ребра заныли с новой силой, когда он попытался вдохнуть поглубже. Да уж, хорош спасатель! Самому бы кто помог сейчас.

Вампир с трудом сел, прислонившись к дереву, раскрыл маскирующий купол и сплел исцеляющее заклинание. Посидит минут десять и пойдет.

Развернул карту и сердито нахмурился, странно, на этом месте раньше был высокий пригорок, это карта ошиблась или местные постарались, чтоб хорошее обзорное место исчезло?

Что-то внутри противно подсказывало, что местные могли специально целый холм снести, чтоб вокруг селения осталась лишь открытая местность.

Степан хлопнул себя по ребрам, уже почти не больно, можно идти. Натянул капюшон посильнее, пряча алые глаза, и вышел из пролеска. На окраине было тихо, почти все жители на другую сторону - шум и хохот было слышно даже здесь.

Впрочем, сейчас осень, так что празднование дня жатвы может затянуться до поздней ночи, так что переживать не о чем. Но с каждым осмотренным домом надежда таяла, Риют почти в пять раз меньше Априоша, совсем крохотный, домов на двести, и почти неуловимый запах крови, казалось, пропитал каждый дом, воздух и всё селение.

Граф остановился в тени одного из домов, напряженно обдумывая ситуацию. До небольшой поляны, где собрались жители - метров сто, и он уже осмотрел все дома, кроме тех, что расположились почти вплотную к месту гуляний.

Ни в подвалах, ни в сараях, ни на чердаках - нигде не было следа другого вампира.

Удары топора и шумное улюлюканье отвлекли на секунду, Степан бросил взгляд в сторону людей и беззвучно выругался. На высоком столбе в подвесной клетке сидел вампиреныш лет шести, и граф впервые испытал мимолетное облегчение, что когда-то испортил себе зрение - видеть больше и четче, что сейчас, было до странного больно.

Он в чем-то понимал вампироненавистников, убивающих Вальдернеских, он всегда считал несправедливым столь предвзятое отношение из-за расы, потому что вампир вампиру рознь. Но когда смотришь на избитого ребенка в клетке все эти чертовы оправдания и тупое “я понимаю” теряли всякий смысл.