Хроники Эрилхейма

Тем более Ворона никто не держал, он был абсолютно свободен, да и старик вызывал доверие.

Свернули в переулок. Авдон попросил остановиться, осмотрелся по сторонам и, убедившись, что никто не услышит, их разговора, пошел в наступление.

— Послушай меня парень! — всю любезность словно ветром сдуло. — Давай начистоту. Я спас тебя, не потому что ты мне симпатичен или потому что я отъявленный пацифист и уж тем более не из-за корыстных побуждений. Все куда серьезнее.

Для меня ты был и остаёшься вором и убийцей, а церковь и бог осуждают и пресекают такое поведение! — архиепископ, не моргая смотрел на Сигурда.

Рядом пробежала, хлопая крыльями, пеструшка, а за ней грязный мальчик в тщетных попытках поймать беглянку.

— Расскажи в подробностях, что произошло в сокровищнице конунга? Поверь, это очень важно! А я со своей стороны даю слово, сделать все необходимое, чтобы ты не попал на поживу палачу.

И еще, на допросе ты сказал, что должен передать какое-то послание для меня? Я внимательно слушаю. — Святой отец скрестил руки на груди, давая понять, что не сдвинется с места, пока все не узнает.

Сигурд не видел необходимости что-то утаивать, а напористость Авдона указывала на значимость сведений для старика.

Ворон пожал плечами и в подробностях описал свое приключение в канализации, как нашел иллианит и о том, что очнулся в камере подземелья уже здоровым, о беседе с загадочным Виндром.

По мере того как рассказ подходил к своему завершению, глаза архиепископа все больше округлялись, а челюсть отвисала ниже и ниже. В кульминационном изречении послания от Виндра, Авдон выглядел столь комично, что Сигурд не смог сдержать улыбки. Но святой отец осадил его, одной лишь фразой:

— В соседних камерах не было заключенных.

В этом крыле тюрьмы ты был единственным человеком. Так с кем ты разговаривал Сигурд из Мирграда?

Теперь пришла бы очередь улыбаться Авдону, но вор никак не отреагировал на этот факт. Он-то своими ушами слышал соседа по камере. Потому замечание архиепископа он оставил без внимания.

Дослушав рассказ Сигурда до конца, Авдон попросил продемонстрировать оставшийся след от ранения.