Пусть ад подождет... Части 1 и 2

Несколько вражеских бойцов пускаются наутек, но из рощи, расположенной в их тылу, уже выходят разведчики Готье…

- Вперед! – снова командует «Викт-Отважный», - Добьем их, парни!

Не дожидаясь неминуемой смерти, большинство кметов, оставшихся дееспособными, швыряет оружие на траву, бухается на колени и просит пощады.

Впрочем, не меньше половины из них – те, кто был серьезно ранен или обожжен, уже и так лежат на земле.

На ногах и с обнаженным оружием в руках остаются всего двое вражеских бойцов.

Они встают рядом, спина к спине и молча ждут атаки с двух сторон.

От нашего, неотвратимо приближающегося строя и несущихся с другой стороны разведчиков Каланского леса.

Узнаю того, кто находится лицом в нашем направлении.

Это десятник Кирк.

Жив, черт седой!

И, похоже, что совершенно не пострадал. Ни огонь, ни железо его не взяли. Вот ведь везучий, гад!

До парочки отважных врагов нам остается сделать едва ли два десятка шагов.

Не приведи Иннос, сейчас снова команда стрелять прозвучит.

Бессовестно пользуясь «служебным положением», а точнее, статусом посланника судьбы и богов, выскакиваю из шеренги.

Оглядываюсь. Строй дисциплинированно смыкает ряд, устраняя прореху.

Ну, «Отважный»! Ну, кудесник! Да ему впору военную академию открывать!

Идущий с правого фланга строя Виктор, глядит с недоумением.

Машу ладонью к земле и скрещиваю руки.

Друг понимает и командует:

- Стой, раз-два!

Отряд останавливается.

- Не стрелять, - распоряжаюсь я и с «Аленаром» наголо, иду к напряженно замершим кметам.

Обхожу лежащих и сидящих, раненных и обожженных.

Стоящие на коленях кметы, сдающиеся на милость победителя, не поднимаясь на ноги, так, на коленях и убираются с моего пути в разные стороны.

Притормаживаю в пяти шагах от десятника и его товарища.

Напротив, с противоположной стороны, останавливается Готье с двумя бойцами. Остальные его разведчики разбрелись по полю и занимаются приемом и сортировкой раненных и пленных…

Глядя мне в глаза, десятник Кирк скалится спокойной улыбкой бывалого воина, на счету которого, во множестве были как победы, так и поражения.

И в этой улыбке нет и малейшего намека на заискивание проигравшего перед победителем.

- Ну что, Талистер - тебя можно поздравить с первой победой?

- Можно, - я киваю и тоже не сдерживаю довольной ухмылки.

- Тогда прими мои поздравления, - хмыкает десятник дружины барона Улериха, - Зачем пришел? Чего хочешь?

- Вернуть тебе сапоги и куртку, - усмехаюсь я.

Десятник тоже гыкает в ответ:

- Да уж, ладно.