Пусть ад подождет... Части 1 и 2

- Ну, что там еще за ростовский цирк?

Ускоряемся и через полминуты мы уже почти в гуще событий.

- Вурланская карета, - заявляет Готье, заметив объект, находящийся в самом эпицентре возникшего гвалта.

- Почему так решил? – интересуюсь, не сбавляя хода.

- Да, кто же еще, кроме их баронов, в таких катается? – удивляется командир отряда из Каланского леса.

- Может кто из вашей местной знати?

- А какая разница? – он пренебрежительно машет ладонью, - Что это меняет? Они еще хуже. Изменники и подстилки вурланские.

- Не поспоришь, - киваю я, пытаясь разглядеть, что же происходит в подлеске, чуть в стороне от дороги.

А происходит там, какое-то явно незапланированное мероприятие «по инициативе народных масс».

Подскакиваем.

Тут уже трет свою шкуру командир нашего конного головного дозора. Бывший заместитель Готье в бытность его в разведке, кстати.

Эти-то чего назад вернулись?

Новый командир отряда из Каланского леса сурово сдвигает брови и грозно вопрошает подчиненного:

- Что тут у вас?

- Вурланы.

- Кем? – строго смотрит Готье.

- Да там, одним… из бывших кнорров… - неопределенно кривит рожу, накосячивший главный дозорный.

- А вы куда смотрели?

У командира головняка явно не имеется ответа на этот вопрос.

- И что это за разведка? – Готье явно начинает накаляться, - Дали себя обнаружить, а сами, как слепые котята!

- Да, ты не рычи так грозно, командир! Лучше глянь, каких я пташечек-вурлашечек поймал! Куда они теперь денутся-то? Кому чего расскажут? Всё приехали, милахи! Устали в дороге, поди? Сейчас отдыхать будем, – хрипловатый голос из самого центра толпы, полон злобной радости и предвкушения.

Спешиваюсь, бросаю поводья Элсу и прохожу в самый центр расступающейся толпы.

Еще раз оглядываюсь непосредственно на месте.

К запряженным в карету лошадям жмется щуплый, невзрачный мужичонка с синячищем, активно наливающимся под левым глазом.

Кучер, видать.

У дверей нарядной кареты, судорожно вцепившись в друг дружку словно утопающие, стоят высокая и стройная, потрясающе красивая и совсем юная девушка с глазами цвета моря, пышной гривой вьющихся льняных волос и худощавый парнишка.

Одна рука девчушки находится в цепких клещах крепкой пятерни какого-то освобожденного кнорра, который явно забавляясь испугом жертвы, то тянет её к себе, то ослабляет хватку и позволяет жертве раз за разом попытаться вырваться. Без успеха, что вполне предсказуемо.