Пипец Котёнку!

Высокая, стройная, с тёмно-русыми волосами, убранными в шишку. Одета в строгий брючный костюм, который лишь подчёркивает достоинства фигуры. Особенно одно, точнее, два, больших достоинства, выпирающих под белой блузкой.

Правда, блузка застёгнута до горла, а взгляд Августины Филипповны не сулит ничего хорошего. Глядит, как волк на добычу.

— Служащий интернатской гвардии какие-то сказки про тебя рассказывает, Котов, — начинает директриса, постукивая ручкой по столу. — Мол, ты троих однокашников избил. Но я-то знаю тебя.

Ты на это неспособен. Так поведай мне, пожалуйста, что там случилось?

Последний вопрос, несмотря на «пожалуйста», звучит как требование. Не удивительно, но мне не нравится, когда со мной говорят в таком тоне. Поэтому мысленно призываю печать Обольщения и активирую.

Директриса — дворянка и обладает не самым низким рангом. В плане владения маной, я имею в виду. Поэтому не скуплюсь и вливаю в печать всю накопленную энергию.

Печать Обольщения активирует одноимённую ауру. Не могу сказать, насколько её хватит.

И на каком расстоянии будет действовать. Раньше-то несколько моих аур охватывали целый мир... Но не будем о грустном.

Тем более, что есть повод для радости. Печать сработала! Я и сам чувствую эманации ауры. А директриса, даже если тоже их чувствует, не может противиться. Её злость утихает, карие глаза разглядывают меня с интересом.

— Ты... как-то иначе выглядишь, Котов.

— Может быть, ваше благородие, — память Ярослава подсказывает, что к дворянке из баронского рода стоит обращаться именно так.

— На меня только что снизошло озарение.

— Какое же?

— Я ни разу до этого не обращал внимания, какая вы красивая женщина.

— Что ты себе позволяешь, Котов? — строго спрашивает директриса, но я вижу, что ей приятно. Строгость лишь наигранная.

Есть, есть, есть! Попалась, мегера! Бездна меня сожри, печать работает и работает великолепно!

— Извините, не удержался, — леплю на лицо скромную улыбку и опускаю глаза. — Так зачем я здесь? Ваше благородие.

— Кхм-кхм.

Августина Филипповна прокашливается, принимает деловую позу. Но затем безотчётно расстегивает верхнюю пуговицу блузки, а потом следующую. Я могу украдкой насладиться видом ложбинки между её сочных си... грудей. Всего несколько секунд, а потом директриса спохватывается и застёгивает пуговицу. Одну.

Всё-таки аура слаба. Иначе женщина уже стояла бы передо мной обнажённая и умоляла взять её.

— Значит, ты избил парней из своего отряда, Котов.

— Так и есть.