Пипец Котёнку!

Чувствую, как оплавляется борода, и как энергетический клинок понемногу погружается в меня — но не в бренную плоть, а прямо в астральное тело.

Сплёвываю кровь и отвечаю:

— Ты их не получишь.

— Убей его, пока не исцелился, — говорит Силати. — Найдём их сами.

— Не найдёте, — ухмыляюсь через боль. — А рано или поздно я вернусь и уничтожу вас. Слышите?! Я ВЕРНУСЬ! И УНИЧТОЖУ!

Добавляю в голос трёхкратную печать Ужаса и слышу, как Силати издаёт невольный панический крик и заходится в рыданиях. Фредрик остается невозмутим.

Всё-таки я хорошо его обучил.

— Это вряд ли, — хмыкает мой лучший ученик и наносит удар.

* * *

И вот теперь я — уже не я, а сирота по имени Ярослав Алексеевич Котов.

Смогу ли я вернуться в родной мир и отомстить? Понятия не имею. Я вообще не знаю, где оказался. Моя душа вроде цела, воспоминания, кажется, на месте. Но вот магическая сила потеряна. Интересно, что насчёт Камней Мироздания?

Оглядываюсь по сторонам и нахожу уютные кустики. Нет-нет, не чтобы облегчиться.

Надо сосредоточиться и погрузиться вглубь себя.

С кряхтением пытаюсь сесть в позу лотоса. Мышцы Ярослава офигеть какие негибкие. В итоге терплю неудачу и просто сажусь на землю, опёршись спиной на дерево. Закрываю глаза и выравниваю дыхание.

Моё духовное пространство — целый мир. Внутри него спрятаны сотни магических печатей, великие знания и несгибаемый стержень воли. А главное, там спрятаны пять Камней Мироздания...

Фредрик, мерзкий ублюдок! Ты никогда их не найдёшь, опарыш, потому что Камни спрятаны внутри моей души.

И вместе со мной переместились в новое тело.

М-да... Правда, спрятаны они отлично. Очень глубоко в духовном пространстве, и каждый защищён тысячью печатей высокого ранга. В нынешнем состоянии у меня уйдут десятки лет на то, чтобы их достать.

Только я не собираюсь оставаться слабаком! Вы ещё увидите, кем я стану в новом мире.

Медленно возвращаясь из духовного пространства, нахожу какую-то непонятную, тонкую связь с иным измерением. Что это такое, интересно?

Следую за этой связью и вдруг оказываюсь в безграничном пространстве, где всё покрыто серым туманом.

А передо мной спит рыжий кот. Гигантский. Нет, не так — ГИГАНТСКИЙ. Пушистая гора, сонное мурлыканье которой заставляет всё вокруг дрожать.

— Ничего себе, — вырывается у меня.

Котяра открывает один глаз и смотрит на меня. Потягивается, лениво зевает и садится. Наклоняет голову, разглядывая меня. Издаёт вопросительное: «Мур-р?» и тянется лапой.

Ой-ой.