Вторжение в Ирион

Талит в свою очередь с благодарностью принял новую роль, хотя ещё и не осознавал в полной мере ответственности, прилагавшейся к ней. Ему просто нравилось быть среди этих добрых, великодушных людей. Словно он был дома.

После ужина девушка взяла его за руку и повела к своему любимому месту, где, как она сказала, ей очень нравится сидеть и мечтать о будущем.

Этим местом оказалась черепичная крыша сторожевой башни у юго-восточных ворот. Знакомый стражник пропустил их наверх, наказав, чтобы, после заката, они обязательно вернулись домой, так как времена стали неспокойные.



На крыше парню и девушке открылся восхитительный вид города, готовящегося к ночи. Высокие башни, окрашенные пламенем заката, словно огненные столбы уходили в небо, возвышаясь над сереющим морем городских построек, в котором, словно звёзды зажигались точки светильников.

Но не эта картина больше всего успокаивала молодую душу Таи. С другой стороны, южнее, там, где начинался лес, в лучах заката озолотились вековые деревья.

Тепло и умиротворение исходили от них. Масса душистых ароматов истекала из древней чащи, наполняя окраину города своей сладостью и великолепием. Шелест листвы ласкал слух, и свежий ветерок трепал за волосы.

- Когда погибли родители, я была ещё младенцем, - рассказывала Тая. - И сколько я себя помню, я прихожу сюда, помечтать, повспоминать их. - Она с тоской улыбнулась и поправилась: - Придумать воспоминания о них. Как бы они любили меня, если бы были живы?

- Как они погибли? - спросил Талит, взяв девушку за руку.

- Дядя Моланор рассказывал, что на караван, возвращавшийся от восточных холмов, напали гнолли. Охрану перебили, и люди бросились бежать кто куда. Мои родители схватили нас...

- Нас?! - Парень немного удивился и тут же уточнил.

- Да, меня и старшего брата. Ему года два было, когда... это случилось. - К глазам Таи подкатили слёзы. - Они убили всех. А люди бежали, просто пытаясь спастись. - Девушка сглотнула горечь воспоминаний, хотя они и были воображаемы по рассказам старого священника.

- Раненный воин, которому удалось избежать гибели, подобрал меня из рук матери, застреленной арбалетным болтом в спину. Так я попала к дяде Моланору.

- А брат?

- Брат? Погиб, пожалуй, ведь никто больше не спасся. - Тая вытерла слезу, немного виновато посмотрела на Талита. - Извини, что нагоняю тоску. Я знаю, твои родители тоже погибли давно.

- Ничего. Я тоже их почти не помню. Меня воспитали... другие.