Мистикс. На руинах миров.

— Что это значит? Разве Клао знал меня? У него был какой-то план?

«Подними глаза, господин».

Тотчас повиновавшись, Ламберт вновь посмотрел в зеркало.

«Что ты видишь? Сильного мужчину, изрядно уставшего от борьбы? Или мальчишку, что всю жизнь скитался и не понимал, где его место. Где его дом. В чем его предназначение?»

— Я не знаю, кто это.

В его голове пронесся сладостный пугающий смех. Он побудил Ламберта приглядеться. Лоб, скулы, губы. Очертания показались ему смутно знакомыми. Через секунду его осенило, и он испуганно отшатнулся.

— Нет… — выдохнул он. — Нет!

«Да, господин. Это ты. Темный принц. Властвующий король. Повелитель тьмы. Мы ждали тебя».

Ламберт качал головой и шаг за шагом отдалялся прочь от зеркала, как от страшной чумы.

— Нет, — отчаянно повторил он и снова почувствовал невыносимую тяжесть в груди. Она сдавила его сердце так сильно, что еще мгновенье, и оно взорвется.

«Прими эту тьму, господин. Прими нашу боль. Прочувствуй всю нашу ненависть. Мы так долго страдаем.

Освободи нас, Повелитель».

Сделав еще несколько шагов назад, Ламберт уткнулся в массивную металлическую дверь. Она обожгла холодом его обнаженную спину, отчаяние раскатом грома пронеслось по внутренностям. Пульс зарядил на максимум. Он почувствовал себя загнанным зверем в клетке.

«Подойди же, господин», — не успокаивался гипнотический шепот.

Ламберт уставился в центр комнаты, увидел небольшой постамент, а на нем — шкатулку. Пусть она была закрыта, сквозь прорези просачивался яркий свет, словно внутри заперли само солнце.

«Сделай это».

Он сглотнул. Обождав несколько секунд, Ламберт в конечном счете подчинился. Голос, пробравшийся в его голову, без устали приказывал ему «сделать это». У него не оставалось выбора, кроме как утолить его жажду, он сделал неуверенный шаг вперед.

«Ближе».

Ламберт пошел у тьмы на поводу. Ему показалось, что на его шее сомкнулось металлическое кольцо, а кто-то могущественный и доподлинно неизвестный дергал за цепь.

Он не чувствовал себя тем господином, каким его провозгласили. Скорее, он глупая марионетка. Непонятно, почему Ламберт слушал этот шепот, но поделать ничего не мог. Одного призрачного намека на слабость хватило для того, чтобы страшная сила вцепилась в него острыми когтями.

Он не понял, как оказался рядом с постаментом. В шкатулке, напоминающей небольшой сундук, продолжало что-то отчаянно сиять. Оно взывало к нему, давило немыслимым грузом.