Небеса Умоются Кровью 1. Пробуждение Силы, Том I

Поджарый караванщик уходит в глубь своего шатра и долго роется в одном из сундуков, наконец, возвращается и вручает мне письмо.

— Женщины, которую вы описываете, с нами не было, но мне велели передать письмо в её деревню, — он кивает на свиток, перетянутой тесёмкой и скрепленный сургучной печатью, после чего падает обратно на раскладной стул.

Я отхожу в тень деревьев, не веря в происходящее.

Что значит «не было»?! А как же годовщина свадьбы наших родителей? Сестрёнка? Как это понять?

За пять лет мы обменялись десятками таких писем, и в последнем она клятвенно пообещала приехать.

Твердила, что ни за что не пропустит семейный праздник.

Она не могла не приехать, и всё же здесь её нет.

Неужели что-то случилось?

Надеюсь, её послание даст все ответы. С хрустом разламываю красную сургучную печать в виде короны, знак Имперской почтовой службы. Тут же жадно впиваюсь глазами в строки, написанные такой родной и такой далёкой рукой.

«Дорогой отец, матушка и брат, это будет моё последнее письмо.

За время, проведённое в Академии, я многое поняла.

Спасибо, что выпустили меня на свободу, но дальше наши пути расходятся, как бы грустно это не звучало. Я стремлюсь к вершинам, а вы находитесь на задворках этого мира. Как камни, что тянут утопленника вниз, вы тяготили меня всё это время, не давая даже всплыть на поверхность, не то что взлететь к Небесам. Жаль, что только сейчас я смогла это понять.

Я не держу на вас зла, надеюсь, вы ответите мне тем же. Не ищите меня, всё равно не найдёте, а только потратите зря время и, скорее всего, свою жизнь.

Наш семейный путь окончен. Я люблю вас всех, и вы навечно останетесь в моём сердце, но дальше я пойду одна вслед за Императором к самим Небесам.

Лин»

Моё сердце замирает, пропустив удар. Кончики пальцев леденеют. Дыхание перехватывает. Воздух становится едким, словно смрад ядовитого плюща. Всё тело дрожит от злости и непонимания.

Что такого могло случиться, чтобы сестра написала подобное?

Не верю!

Строки несомненно написаны рукой Лин. Я хорошо знаю её почерк, но этот стиль….

Даже если бы она написала что-то подобное, желая оборвать все связи с семьёй, текст выглядел бы совершенно иначе. Не так сухо и скомкано, а ярко и красноречиво, как умеет моя сестра.

Родители не должны об этом узнать. Чего греха таить, они слишком простодушны и могут легко принять письмо за чистую монету.

Они могут…

А я — нет!

Я слишком хорошо знаю свою сестру.

Даже если все звёзды погаснут на небе, она не способна так поступить.