Архей. Караванщики Анвила II

Следом – пара десятков слуг на верблюдах, которые, выбрав музыкальный такт, затянули песню:

Нар-о-о-д, а ну смотри –

Вот он – Али Хал-и-и-д!

Скоре-е-е-й! Не пропусти,

И принц озолот-и-и-т!

Толпа ликовала. Красивые одежды слуг, роскошные кони, богато украшенные доспехи и серебро, рассыпаемое прямо на дорогу – все это вызывало неподдельное восхищение. Люди, толкались, собирая монеты. Кое-где начинались стычки, но местные черные стражи действовали быстро. Эфит молча отметил, что такое рвение скорее всего побуждает возможность отнять серебришко у нарушителей.

Бывали случаи, когда он сам с удовольствием арестовывал богатеньких торгашей, особенно когда их имущество подлежало конфискации. Тогда при описи вещей и драгоценностей кое-что могло осесть в карманах стражников.

Музыка продолжала играть. Шахриет и Ослябя весело переглянулись. Молодые люди взялись за руки. Мелодия увлекала, а торжественность процессии подняла настроение. Девушка хихикала, глядя на смешные колпаки музыкантов. Эразм радости не разделял, так как вынужденно ожидал, пока принц проедет мимо, ведь толпа прижала мага к одной из глиняных стен.

Когда Али поравнялся с героями, его догнал один из слуг и что-то шепнул. Принц перевел взгляд на Караванщиков и не отводил глаз, пока шея позволяла поворачивать голову.

Наконец торжественное шествие скрылось за поворотом, и люди разочаровано расходились по делам, но оживленные разговоры наполнили улицы.

– Разве в Ошиосской Империи правит не Алый Принц? – Эфит нагружал на себя дорожные мешки.

– Его вроде не Али зовут.

– Его зовут Захир, – лорд Пифарей нехотя ответил. – Ну, где тут, Асмодей его дери, Бронзовый Телец?

– Недалеко, я покажу, – Джубал вывел верблюда на дорогу. – Можно срезать через узкие улочки.

– С каких пор мы доверяем этому проходимцу? – Брюзгливый недоумевая поглядывал на союзников, которые без особых сомнений двинули за парнишкой в подворотню.

– Да ладно тебе, дедушка, – Ослябя с трудом пожал плечами под тяжестью дорожных сум, – Джубал вроде славный малый.

Вот припомню в Прудах случай бывал, я как раз от Антося шел. Ну, меч значится у него выпрашивал, так он и не дал… А иду значит и вижу – изба у старухи Колымны́ горит. Полыхает – жуть. Так она на чердак взобралась и кричит, что свинья на забое. Все плечами разводят, да причитают, ну, а я раз – и лестницу подставил. Спустил Колымну. Живехонька, только заикаться стала.

– Это вообще к чему? – поинтересовался Эфит.

– Ну как же?! – паломник всплеснул руками.