Восстание Магов. Новые крылья надежды

— Общество Древней Магии? Что это вообще значит? — поначалу только эти вопросы и терзали умы обычного люда.

И их нетрудно понять, на самом деле. Ведь разве не всем известным фактом является то, что магия в мире былой Империи и её пяти великих Столиц появилась после открытия разломов исследователями с Запада пять с половиной лет назад? Или последователи этого Общества подразумевают, что магия проникла в наш мир куда раньше?

— Ну и чушь же ты придумал. Серьёзно веришь, что в такое поверят представители нынешнего Союза? — единственным, кто просчитал намерения Рейла насквозь, был его однокрылый соратник.

— Они уже поверили, и даже дали своё добро на исследования, — но главу это мало волновало, ибо он понимал, что во вред его планам и гильдии Бог эту информацию не использует.

— А ты тогда точно свои цепи с собой не захватил, чтобы их задурить?

— Если бы мне было подобное дано, то я бы сейчас не вел с тобой этот бессмысленный диалог, Бог.

— Хочешь сказать, всё «веселье» бы разом окончилось, Рейл? — специально сделал в своей речи акцент на имени своего собеседника Бог, дабы подражать его манерам.

— А мне вот отнюдь вся эта затея не кажется веселой.

— По иному, ты и ни капельки удовольствия не ощутишь, когда приведешь свой план в действие? Тогда к чему вообще всё это? Только не говори, что ради Империи...

— А разве мне нужно это повторять?

Как у Рейла, так и у Бога всегда оставались смешанные чувства после таких «непринуждённых» бесед друг с другом в чайной, выполненной в восточном утонченном стиле по указке самого главы гильдии, что незаметно располагалась в глубинах его ослепляющего, словно солнце, дворца.

Деревянные стены, фарфоровая утварь с разнообразными узорами. Исключительно ручная работа при приготовлении чая. Лишь многочисленные золотые фигурки драконов и блеск украшений работников выдавали в этом месте его принадлежность гильдии Цепей. В такой атмосфере, уподобляясь ей, они вроде бы старались изо всех сил вести диалог спокойно, но цепи и тьма позади них так и бушевали в каком-то истошном предвкушении, которое лишь с великим трудом каждому из них приходилось скрывать в качестве уважения перед собеседником.

— Не слишком уж ли легко ты готов выкладывать передо мной любую доступную тебе информацию? Двадцатка, клятва, Империя, Общество — о чем не спроси, на всё у тебя найдется «честный» ответ.

— Ты так говоришь, Бог, будто собираешься сделать с этими сведениями что-то дурное.