Восстание Магов. Новые крылья надежды

Или кошельку? Как там принято говорить, когда речь идет о деньгах?

— Эх, золотых осталось всего ничего, а серебряные не только ничего не стоят, так еще и смотрятся отстойно!

И хоть уже от Зависти он и узнал, что до войны во внешнем мире было принято использовать именно такие странные круглые металлические штучки, дабы получать еду и место для ночлега, но в его голове эта идея до сих пор с трудом укладывалась.

— «Именно, с трудом!» — подумал он про себя и заявил. — Значит, пора бы найти себе тут работу, что ли.

Только вот никому оказался не нужен грозно наряженный в черные древние имперские одеяния (нет, ну как же отлично ему подходил этот мундир и пальто от старика!) юноша с золотыми волосами столь же грозно направленными заострёнными пучками вверх. И хоть Гордыня и сам понимал, что такая прическа привлекала к нему отнюдь не положительное внимание, однако быстро заметил, что почти сросся с ней за то время, что впервые обрел её еще во время того конкурса от Страсти.

Да уж, глядя на этого юнца со стороны, думаю, понять несложно, почему же найти язык с работодателями у него не выходило.

А потому ему определённо нужно было чудо. Или же бросить эту наивную затею. И хотел было он так и сделать, вновь отвлечённо прогуливаясь по улочкам этого солнечного городка, закинув руки за голову, как вдруг услышал, как его окликает знакомый голос:

— Юноша, постой! — кричала ему в след девушка, что на вид, однако, не выглядела особо старше его, чтобы так к нему обращаться.

— А ты случаем не та девчонка из пекарни, что постоянно опаздывает с заказами? — своеобразно обратил на неё внимание Гордыня.

— Ох, так вы меня запомнили! Но прошу всё же, чтобы вы обращались ко мне по имени! — запыхаясь, произнесла она. — Или неужто так и не удосужились запомнить?

— «А разве она хотя бы раз его говорила?» — лишь тут же подумал про себя Гордыня.

— Меня зовут Елена, Елена Белобродых! — но девушка не позволила ему долго задумываться над этим вопросом.

— Но у тебя же нет никакой бороды! — лишь разглядывая девушку, задался очередным вопросом Гордыня, никак не идя с ней на адекватный разговор.

— Эх, ну, зато у моего отца есть отличная большая борода. Но не суть дело, а я бы хотела... — стремилась было что-то сказать юноше девушка.

— Повторяю в очередной раз, не стоит меня благодарить. Сестра и брат учили меня, что не стоит позволять всяким грубиянам задирать девушек, — но Гордыня отмахнулся от неё, раздумывая.