Мародёр

В ноги уперлось что-то острое, надавило, прорвало кокон и пошло вниз. Я крепче сжал кайло. Кто бы ни вскрывал его, просто так я не дамся. Хотя и мало что могу сделать. Я слаб, кормят нас только, чтобы мы не умерли с голоду. Я устал, после целого дня с кайлом в руках рассчитывать на что-то большее, чем свалиться у костра не приходится. Я вымотан, яд в теле и раскачивание вниз головой не придают сил. И все же, я попытаюсь. Не отбиться, спастись я не рассчитывал, я надеялся лишь, что смогу если и не забрать одну из тварей с собой, то хотя бы сделать ее дальнейшую сытую жизнь сложнее.

И пусть кусок моего мяса комом встанет ей в горле!

Кокон лопнул. На мгновение я повис в воздухе, и это мгновение позволило мне собраться. Я ощутил, что руки мои свободны, успел перехватить кайло подобней. Ударил я, уже падая. Ударил вслепую, наотмашь, не рассчитывая попасть. Попал. Сквозь стрекот множества пауков уши уловили хруст и визг полный отчаянья и боли.

Мой крик слился с визгом. Удар был силен.

Не знаю, с какой высоты я падал, но приложился я о каменный пол знатно, даже перед закрытыми глазами замелькали звездочки. Боль тонкой иглой вонзилась в шею и, разрывая кости, прошла по позвоночнику, но я сумел откатиться в сторону, правда кайло при этом потерял. Поднялся на колено. Зацепив стягивающий лицо паучий плевок, потянул что было силы, стараясь оторвать его. Пусть вместе с кожей, все равно! Один глаз освободить успел, прежде чем меня сбила с ног паучья лапа. Вторя лапа прижала к полу и надо мной нависла такая знакомая красноглазая морда. Паук застрекотал, поднялся на задние лапы, опуская брюшко и вытягивая покрытое слизью жало.

Я пнул. Пнул, что было сил, метясь туда, откуда показалось жало. Туда не попал, удар пришелся чуть выше, и паука он не отбросил, только разозлил. Острие лапы уперлось в шею над кадыком, мерзкая морда приблизилась, жвалы щелкнули возле открытого глаза. Я снова приготовился умирать.

Тишина. Стрекот стих разом.

Тишина, обрушилась внезапно, сдавив уши. И в этой тишине я отчетливо услышал, как кто-то хлопает в ладоши.

— Великолепно! — произнес насмешливый женский голос. — Такая воля к жизни. Не часто встретишь такое среди людей. Но скажи мне, раб, что ты стал бы делать с остальными, одолей ты одного?

Паук, не убирая лапу с соей шеи, другой заставил меня повернуть голову. Все пространство огромного зала было заполнено пауками, такими же, как этот или крупнее.