Власть крови

Я ошибся в тебе.

Его последние слова вонзились в меня с болью, которую вряд ли мог вызвать даже выстрел из револьвера. Кортус же вскочил на ноги и пошёл к дверям со словами:

— Спасибо за возможность обучиться на мага и идите вы все на хрен!

Он сопроводил своё прощание нецензурным жестом. Я продолжал тупо пялиться в закрытую дверь, даже когда за ней стих поток отборной ругани.

— Занятный, однако, перформанс, — хмыкнул ректор.

Обернувшись к нему, я заявил:

— Это слишком жестоко. Вы не имеете права так поступать!

— Слова моей подружки, — лишь хохотнул ректор в ответ.

Что вообще только что произошло? Я всё никак не мог поверить, что Кортуса отчислили. А всё из-за моей самонадеянности. И ради чего? Чтобы ничего толком не узнать про вампиров и украсть у полиции непонятную книжку с серебряной «звёздочкой»?

Когда дверь за нами закрылась, Эмильда привела меня в чувство:

— Эй, сеньор ла Донжи, — ну вот, теперь она даже не обращается ко мне по имени.

В её глазах блеснули опасные огоньки.

Глава 18

3 года назад

Поток маны разделился на несколько ответвлений. Ведомые моей волей, нити невидимой энергии сплелись в тугую косу. Я подвёл её конец к ладони. На моей руке тут же вспыхнул весёлый огонёк. Благодаря особому узору плетения, я чувствовал лишь приятное покалывание от пламени. Но вот если сделать его больше, то почувствую и тепло.

— Теперь воду! — скомандовала мама хриплым голосом.

Мы теперь занимались только в её комнате. Она сидела в кресле, укутанная пледами. На бледном осунувшемся лице сквозила довольная улыбка. Но было больно смотреть, как болезнь забирает её красоту и силы.

Острый лейкоз, как говорили лекари. Даже магия крови оказалась бессильна против него. Потому что костный мозг мамы вдруг стал производить «бракованные» лейкоциты. Целительные заклинания, как правило, усиливали эти защитные клетки. Однако «бракованные» магия не замечала.

Нестандартные заклинания, вроде полной замены крови, в лучшем случае были бессильны. В худшем — ускоряли течение болезни.

Последние года мама угасала на глазах. По словам лекарей, рак постепенно поражал и другие органы. Больше всего досталось лёгким. Но она не переставала заниматься со мной, приговаривая, что у нас осталось мало времени. До чего именно осталось мало времени, она умалчивала. Но говорила мама точно не о своей смерти.