Я [ненавижу] аристо

Замену доставят в течение нескольких минут.

— Да ладно, я и сам...

— Сам ничего не делай. — Ромул покачал головой без тени иронии на лице. — Не поймут. А лишние вопросы нам... Тебе не нужны.

Я ещё раз огляделся, стараясь подмечать детали помельче. И правда, нигде не валяются смятые майки, носки или какие-нибудь комиксы с пустыми бутылками и контейнерами из-под квансонской лапши. Это точно мужская общага? Или как там Таисья говорила... Кампус? Как-то я их себе не так представлял...

Внезапный рокот из моего пустого желудка избавил меня от необходимости задавать следующий вопрос, пришедший в голову.

— Холодильника, извини, нет. — Опричник ухмыльнулся. — Только чайник тут в столе. Приём пищи в ликеуме всегда совместный.

— Чё-то как-то не по-богатому...

— Мало что объединяет людей в настоящее братство так же надёжно, как преломление хлебов за одним столом. Плюс, персонал должен следить за качеством рациона воспитанников. Хоть как-то...

Ну да, ну да... Связи и всё такое...

У входной двери ещё один открытый проход в помещение, выложенное матовой плиткой.

.. Это, наверное, та самая «ванная комната»? Да она тут, походу, больше чем тумировская капсула!

А что за окном?

Эге! У них тут ещё и тучи специально разгоняют, что ли? Или сегодня просто один из тех трёх солнечных дней в году, которые достаются Ротенбургу?

Но этаж опять высокий. Кроме почти чистого неба с кровати видны только вершины стройных тополей. Ладно, ещё разберёмся...

Подождав, пока я закончу озираться, опричник снова ухмыльнулся:

— Я же говорил, что тебе понравится твоя новая жизнь.

— Он опять глянул на дверь. — А со своим соседом сам скоро познакомишься.

— А дальше что? Сидеть тут и ждать, пока меня опять кто-нибудь не траванет? Для этого я здесь, да? Чтобы вместо этого лесного барчука сдохнуть?

— Нет. И покуситься на жизнь студента ликеума не так просто, как кажется...

— Да что ты говоришь?!

— Гор... — В глазах опричника вспыхнули знакомые огоньки. Но больше на каменном лице не было ни единой эмоции.

— Ты находишься на территории, которая охраняется не хуже Императорского дворца...

— Переживаю теперь за государя...

БАХ!

Когда опричник грохнул ладонью по столу, я чуть не подпрыгнул. Но на его лице не дрогнул ни единый мускул. И Ромул продолжил говорить всё тем же спокойным тоном:

— И если бы мы... Если бы я хотел, чтобы ты стал жертвой наёмных убийц, то поместил бы тебя куда-нибудь в более доступное для них место.

Опять захотелось съязвить.