Я [ненавижу] аристо

— Теперь его целый глаз смотрел в спину разбежавшегося графа с холодной решимостью. А искусственый продолжал светиться ровным тоном. — Даёте слово, что не будете хулиганить опосля релизу? Не станете тут при нас дисциплину нарушать? А то ж я, хочь не хочь, всё фиксирую...

Яростно посопев ещё несколько секунд, Кривошеин всё-таки прохрипел, что не станет. И даёт слово.

— Вот и славно... — Горящий бирюзой глаз медленно погас. И стал таким же тёмным, как и остальная искусственная половина черепа. — Поспешите тогда на урок, вашество.

.. Опоздание благородному господину не к лицу вовсе.

Кривошеин тут же встал на обе ноги и гордо выпрямился, оправляя встопорщенный пиджак:

— Без тебя разберусь, холоп... — Прежде чем шагнуть за спину старика, хлыщеватый граф выстрелил глазами в мою сторону. — Ещё встретимся, подосиновик...

— Успехов в учёбе! — Я не отводил от него взгляда, пока хлыщ не скрылся на пролёте лестницы.

— А вы, княже, тоже язык-то наточили — не хуже гусарской сабли, как погляжу... — Бравый дед снова вжикнул протезами.

И промаршировав ближе к нашей небольшой компании, снова грузно скрипнул половицами. — Так и самого себя порезать можно...

Его уцелевший глаз сейчас внимательно изучил только мою персону. Таисья и Сатоши явно были ему давно знакомы. Что он немедленно подтвердил, продолжая сверлить меня взглядом:

— Таисья свет Тигоновна... Вы почто ж сегодня ни на одном уроке не побывали? Вроде бы оберег с вас все неприятности как рукой ещё в полночь снял? Али ошибаюсь?

— А чтобы никто Гора тут не тронул! — Таисья покосилась на невозмутимого джиппонца.

— Пока он сам за себя постоять не мож... Не мог!

— Неужто, барышня, думаете, что я и сам охрану светлейшему князю не обеспечу?

— Вчера вот не обеспечил, Пушкарь!

— Ох, ваша правда сударушка... — Сокрушение деда было явно притворным. — Уели-таки старика... Каюсь, проглядел визит где-то... — Искусственный глаз вдруг снова коротко вспыхнул. — Иль кто-то с графиком нашалил, а я, старый, и не заметил...

— Вот именно! — Княгиня сложила руки на груди в знакомом упрямом жесте.

— Но с сего момента, вашество, можете быть уверенными! Глаз с него не спущу! — Дед продолжал мягко улыбаться сквозь усы и бороду. — Можете быстренько на последнее занятие поспешить. Ещё, вродь, не опаздываете...

Хитрый взгляд вновь коротко упал на часы, а потом снова выжидающе глянул на Таисью:

— Физкультура, кстати. Ваша любимая.

Но девчонка продолжила упрямо сопеть, так и не сдвинувшись с места.