Время орка

Красный Жеребец

Волею Короля и властью закона в розыск объявлен разбойник, душегуб и вредитель, известный как Красный Жеребец. Всякому мужу, считающему себя верноподданным, вверяется право безнаказанно вредить сему человеку, его подельникам и всякому имуществу. За голову оного Король сулит добрую награду. Тысяча золотых крыльев за живого. Пять сотен за мёртвого.

Объявление королевского законника

День выдался пасмурный, и, хотя небо всё ещё не разродилось дождём, запах его витал в воздухе с самого утра. Над полями лениво гуляли тёмные тучи, словно выбирая место, где они хотели бы пролить свои по-весеннему холодные слёзы.

В трактир вошёл закутанный в плащ человек. Сев у стойки, он жестом показал, что хочет промочить горло. На стойку упало несколько медяков.

Упитанный и добродушный, как большинство людей его профессии, трактирщик подал посетителю пинту пива. Украдкой заглянув под капюшон, он едва заметно вздрогнул. Из тени на него блеснули жёлтые, как мёд, глаза.

– Есть ли здесь купцы? – спросил посетитель.

У него был низкий, но молодой голос, и трактирщик решил, что перед ним юный кольценосец. Он уже встречался с подобными людьми. Выходцы из Предела, они часто покидали родные земли в поисках лучшей доли. Не умея ни сеять, ни торговать, эти сорвиголовы, как правило, становились вольными мечами, нанимаясь к тем, кто больше заплатит.

– Купцы?

– Там гружёные телеги, а в конюшне полно лошадей, – пояснил пришелец.

На стойку упала пара серебряных перьев. Как и все деньги королевства, это были овальные монеты с небольшим отверстием, позволявшим легко собирать их в стопки.

В деньгах заключалась особая магия. Например, они могли быстро освежить память.

– Это караван почтенного Урбана Дола, – доверительно сообщил трактирщик, привычным жестом подвигая монеты в свою сторону. – Он направляется в Торную гавань с грузом ткани и пряностей.

– Нужны ли почтенному Урбану Долу телохранители? – спросил незнакомец.

– Не ведаю, – ответил трактирщик, вероятно надеясь выманить ещё пару монет.

– Зависит от цены и качества.

Хозяин заведения чуть не подпрыгнул на месте, услышав этот голос.

По лестнице спускался немолодой человек в чёрной замшевой шапочке без полей и потёртом кожаном платье бывалого путешественника. В его руках был сложенный плащ, а на поясе болтался хлыст с костяной рукояткой.

По реакции трактирщика легко было догадаться, что это и есть Урбан Дол.