Время орка

Первые несколько мгновений перед глазами в облаках пузырей барахталось множество ног, но они быстро остались позади. Эдуард ждал, что сейчас он почувствует, как его безжалостно цепляет острое жало багра, как увлекает его обратно, на поверхность, словно раненую рыбу. Но… этого не произошло.

Эдуард думал, что подо льдом они попадут в царство тьмы и вынуждены будут пробираться навстречу своей гибели вслепую, однако он ошибался. Недра озера раскинулись перед ныряльщиками волшебным миром, освещённым прекрасным мертвенно-синим сиянием, пробивающимся через твёрдый панцирь льдистой поверхности.

Показав куда-то рукой, Ярви, который чувствовал себя в воде гораздо увереннее, увлёк Эдуарда за собой. Они старались двигаться абсолютно синхронно, но направлялись не к большой воде, а немного в сторону, туда, где по прикидкам обоих находилось основание того самого скального островка.

После того как Ярви поведал своему сокамернику план побега, не было дня, чтобы Эдуард не усомнился в этих сведениях. Прежний напарник Трёхпалого, больной старик, стоявший одной ногой в могиле, открыл ему секрет: будто бы под скалой, торчащей из озера подле купального места, был подводный грот, внутри которого можно найти пещеру, своего рода воздушный мешок.

Самому старику о том якобы рассказал один военный преступник, что делил с ним штрек до Ярви. Впрочем, о преступнике этом давно ходила молва по всей каторге, ведь это был единственный «ныряльщик», тело которого охранники так и не нашли.

История о единственном удачном побеге вселяла в Эдуарда уверенность, но, в то же время, ничто не могло подтвердить правдивость слов старого заключённого.

Быть может, ум старика отказался ему служить? Пресловутый беглец мог просто-напросто утонуть, как и остальные. Однако Ярви уверял, что грот существует, причём делал это так настойчиво, будто видел его своими глазами. В конце концов Эдуард не устоял перед его энтузиазмом, и начались их тренировки.

Сам Ярви утверждал, что прекрасно плавает, в чём его напарник ни капли не сомневался, ведь вор был южанином, уроженцем побережья Поперечного моря, а там люди учились плавать раньше, чем ходить.

Выросший среди бескрайних полей и степей Простора, Эдуард тоже умел плавать, но ему стоило поработать над дыханием. Кроме того, цепь, которой их непременно скуют, выводя наружу, требовала от беглецов абсолютной слаженности движений, когда те окажутся под водой.

У них была одна попытка… и наказанием за ошибку стала бы гибель.

Над головой простирался лёд.