Восход. Солнцев. Книга V

Они начинают, а мы у них самое качественное выгребаем. Все счастливы. И так поступаем с любыми новичками. Потом смотрим: у кого лучше товар, с тем начинаем работать.

— А после куда все это добро девать? — опустил глаза пахан.

— Я решу! Вы думаете, как срубить бабла по-быстрому. До сих пор как уголовники мыслите!

Решил немного поделиться моей концепцией. Пахан сел за стол. Я рассказал ему, что эта помощь на старте бизнеса многих сюда привлечет. Начнется конкуренция, продавцы будут стараться сделать товар лучше и продать его подешевле, чтобы работать с нами.

От этого выиграют все. Следом наши деньги, которые мы дадим зельеварам и артефакторам, половина, а то и больше, осядет в трущобах. Захочется выпить, куда пойдут? В центр или рядом купят? А девку или несколько? А захочется по морде получить или дать?

Мужик сидел и кивал. Надеюсь, что хотя бы примерно понял мою задумку: сделать здесь крайне выгодную экономическую зону, где будут производить товары достаточно дешево и качественно.

Продукцию можно сбывать в других зонах, да в той же сибирской, только в столице. Туда я скоро планирую наведаться, по родне соскучился. Хочу несколько дел там провернуть, прежде чем отправлюсь в центральную.

После того, как все рассказал и объяснил, вышел из своего «кабинета», прошагал мимо Чалого, тот даже глаза не поднял. Решил навестить профессора и проведать Диму. В трущобах еще с большей силой закипела жизнь и работа. Все при деле. Внешний вид стал похож на спальный район центра.

— Как они не заметили? — удивился я.

Платя местным за работу, мы занимаем их. Они в свою очередь спускают все это на алкоголь и проституток, в барах оставляют. Вон уже парочка ресторанов строится. Круговорот денег!

Зданием профессора тоже занимались. Народ увеличивал его, пристраивая еще кусок, пока что из дерева. Заглянул и не ошибся. Прохоров решил себе на мои деньги рядом что-то отгрохать.

Пахло здесь приятно. Уже стояли несколько коек, кое-какая мебель и даже пока не разобранные наборы для зельеваров.

— Борис, — заметил меня профессор. — Дела идут! Живем! — улыбался мужик.

— Дима? — спросил я. — Что с ним?

Сели за стол, который перенесли из театра. Говорунов пошел на поправку. Как я и думал, его чем-то травили. Давид еще разбирается, но основа жижи и то, что его зелье сработало, только доказывает наше предположение.

Профессор очень восторгался качеством яда.