Сабля, птица и девица

- Не с любой, - сказал Ян, - Было бы так просто, черти бы рядились коробейниками и пирожками вразнос торговали. По душе за мелкую монетку. Если ты не знаешь, что с чертом имеешь дело, то он обмануть-то может и обманет, но душу не заберет. А может и вовсе не обманет. Может и наоборот, подкупить тебя захочет, чтобы по твоей рекомендации к нему кто пожирнее зашел.

- Давай я за тебя с паном Люциусом поговорю, - предложил Вольф, - Авось по-божески сторгуюсь. Что денег нет, то не беда.

- Я сказал, на дорогу серебра нет. За живую воду могу и золотом заплатить.

- Ян верно говорит. Я тоже в жизни не слышал, чтобы за живую воду деньгами кто-то платил.

- А чем тогда? – спросил Ласка, - Не душой же.

- Услугами. Обязательствами. В мире много такого, чего и за золото не купишь. Вот сейчас ты с паном Станиславом говорил, как его дочь спасти. Думаешь, Меднобородый золото бы у рыцаря взял, даже если бы оно у него было?

- Не знаю.

- Не взял бы, конечно. У него под землей своего золота видимо-невидимо. А вот девицу из шляхетского рода под землей днем с огнем не сыщешь.

Выпили по очередной чарке. Ласка подумал-подумал и никакого злого умысла в предложении Вольфа не нашел. На том и по рукам ударили.

- Слушайте, а с чего этот Чорторыльский русских не любит? – спросил Ласка, произнося фамилию на местный манер.

- Ну ты спросил! – захохотал Ян, - Вашего брата здесь никто не любит. Пять лет назад русские сюда приходили. Пожгли-пограбили и ушли. Потом наши ваших побили. Потом великий гетман Ян Тарновский взял Стародуб, там как раз и Люциус со своими душегубами отличился.

С его подачи весь город вырезали, Тарновский еще ругался, что как бес попутал. У всех магнатов клиенты как клиенты, честные шляхтичи, где-то злые, где-то резкие. У Люциуса не поймешь, палачи или висельники. Хуже разбойников. Их с тех пор душегубами называют.

- Мы бы удержали Стародуб, - ответил Ласка, - Но как раз в это время на Рязань татары набежали, потому Федор Овчина-Оболенский под Стародубом без подмоги остался.

- Это бабка надвое сказала.

Сколько бы было той подмоги, а Тарновский серьезный воин. Все равно, на Стародубе война не закончилась. Потом русские знатно отбились под Себежем, но проиграли под Кричевом. После этого обе стороны сильно устали и подписали перемирие. С тех пор и трех лет не прошло, а перемирие постоянным миром до сих пор не пахнет.

- Вот оно что! – вздохнул Ласка, - Говорили мне ляхи в Москве, что к Чарторыйскому можно через Оршу и Минск доехать, а не через Витебск и Полоцк.