Кредо низвергнутых: Зов долга

Нет, мне жаль, что наш первый диалог с мамой закончился именно так, но, глядя в ее напуганные глаза я вдруг снова ощутил себя живым. Ноющая пустота никуда не делась, она все еще заливает своей тяжестью мое сердце, но вместе с тем, я вновь увидел цель и смысл своей жизни. Я должен сберечь тех, кто мне дорог.

– Бежим! – Я потянул ее за руку, и уже на краю обрыва обернулся:

– Ты мне доверяешь?

Мама недоуменно замерла, вглядываясь в мое лицо, будто впервые увидела меня. Понимаю, что стоя перед зевом провала, ощетинившимся сотнями каменных клыков, спрашивать о доверии не самая лучшая затея, но мои инстинкты сейчас работали на всю мощь.

Энергия требовала выхода. Будто Моро живой и находится где-то рядом, привычно делится со мной необузданной звериной силой. Прыгать опасно, но и тратить на спуск даже десять минут – непозволительная роскошь при данных обстоятельствах.

– Твои глаза... – едва слышно прошептала мама, касаясь пальцами моего лица.

– Что не так? – Удивился я.

– Твои зрачки.

.. они стали кошачьими! – Ее дрогнувший голос выдавал искренние эмоции, и, судя по ее улыбке – ей нравилось то, что она видит. От столь неприкрытого восхищения я едва не растерял боевой настрой и смущенно отвел взгляд.

– Ничего не бойся! – Крикнул я, стараясь не выдавать своего волнения. Прокрутил в голове план действий и резко схватил маму за талию, а затем силой бросил ее с обрыва. Время будто замерло, я даже успел разглядеть неподдельный страх, что поглотил ее сознание и отразился влажным блеском в ярко-серебристых глазах.

Я тут же прыгнул следом за ней. Лететь метров двадцать, но я уверен, что успею осуществить свой план так, как задумал. Поступью ушел по дуге вниз, чтобы поймать маму в воздухе, а затем частично обратился черным маревом, погасив скорость падения, и очередным передвижением задал горизонтальное ускорение. Остановить наш скоротечный полет полностью не вышло бы, зато получилось взять его под контроль. Я сбросил воплощение тьмы, когда мои ноги коснулись земли и тут же, не пытаясь бороться с инерцией, я рванул в сторону города.

– А кто-то говорил, что считает меня сильной, – нервно рассмеялась мама, – теперь же не выпускает меня с рук, словно я дитя малое.

Я на мгновение скосил взгляд на нее. Длинные волосы мамы растрепались, но скорость, которую я набрал, обратила их шлейфом пепельной дымки. Что мне больше всего понравилось, так это веселье, в ее слегка поплывшем от ярких эмоций, взгляде.