Клыки и монеты

Охотник выглянул на улицу и увидел стоявшую под окном карету для перевозки преступников, запряженную одним тяжеловозом.

В мастерскую поднялись трое жандармов. Оглядев комнату, толстый жандарм спросил:

— У вас все в порядке?

— Все отлично, Ганс. Мы с мастером Беккером побеседовали и вместе удивлялись, как вампир мог водить его за нос все это время.

Герхард проследил, как Иво завели в клетку на повозке. Он прошел дальше по улице на несколько домов и приготовился ждать возвращения Симона. Охотник вспоминал вампиров, с которыми встречался за последние месяцы, с тех пор, как взял ученика.

Еще когда учили самого Герхарда или Абеля, наставник объяснял, что нужно выискивать вампиров среди городских низов. Людей без связей, без денег, которым после превращения оставалось только нападать на припозднившихся прохожих, чтобы получить порцию крови. Создавая тем самым новых вампиров.

В этой ситуации охотников воспринимали во многом как избавителей. Горожане и власти знали, что охотники на этом еще и хорошо зарабатывали, но снисходительно на это смотрели.

Ведь от этого становилось лучше всем, а добрые дела всегда должны вознаграждаться.

Но потом случилась поездка в Зольрштейн, обман нищих беззубым фон Нойрадом и теперь история с Иво Шнеттеном. Возможно, в мире и конкретно в их городе существует какое-то значительное число вампиров, которые проникли в общество и затаились. Достаточно богатые или изобретательные, чтобы получать кровь с согласия жертв.

И это пугало.

***

Следующая неделя ознаменовалась двумя плохими знаками: стало намного больше нападений вампиров и намного больше заразившихся красной песчанкой.

Герхард и Симон вместе и по одному продолжали каждый вечер обходить злачные кварталы. Спустя пять дней после истории с Иво Шнеттеном Симон по привычке попытался зайти в кабак неподалеку от нового порта, однако дверь оказалась закрыта. Охотник отступил и огляделся. Сквозь затворенные оконные ставни не пробивался свет.

Симон вздрогнул от неожиданности, когда с ним заговорил сидевший рядом с крыльцом кабака мужчина.

Поначалу охотник скользнул по нему взглядом, приняв за очередного нищего. Но, присмотревшись, он узнал завсегдатая этого кабака, тихого пьяницу, который обычно сидел рядом с очагом.

— Сегодня не открылись. Болеют они все. И кабатчик, и брат его, и их жены.

— Странно, — заглядывая в окно, удивился Симон. — Еще дня три назад было полно людей.

— А только все хозяева уже тогда болели. И за эти дни все слегли. И со вчера уже не открываются.