Чертоги тьмы

Опасный тип, похоже, он умнее соплеменников, а значит, от него можно ждать неприятностей.

— А затем, — продолжил вождь, — мы вернемся на поверхность и будем править. Мы, Клыкастые, будем стоять выше всех остальных гоблинов. Мы и никто другой.

О, пропаганда пошла. Странно, но мне это кажется каким-то… привычным, что ли?

— Да здравствуют Клыкастые, да здравствует вождь! — орали гоблины.

Прикинув все за и против, я добрался до столика, который показался мне самым удобным и безопасным, и устроился под ним.

Блин, как маленький. Устроившись поудобнее, перевёл взгляд на сцену.

— Эти твари будут служить нам, — сказал вождь. Наклонившись, он взял в руки одного из извивающихся щенков. — Клыкастые будут ездить верхом на росомахах, а не на варгах. Они станут символом нашего превосходства. Страшные росомахи склонятся перед Клыкастыми. Что скажете, мои гоблины?

— Вождь лучший, — ревели гоблины, выкрикивая каждое слово громче предыдущего, пока их высказывания не слились в неразборчивую и оглушительную стену звуков.

Я зажал уши руками, морщась от болезненного шума. Вот это да. Фанатики чертовы. Если моя задумка не подействует, получится плохо.

Прошло целых десять минут, прежде чем шум утих, и толпа гоблинов разошлась со сцены. Оживленно болтая, воины-гоблины медленно заняли свои места за столами, в то время как рабочие вернулись к котлам и, достав откуда-то не замеченные мной ранее миски, принялись разливать завтрак. Так, отлично, пока все идет по плану.

Что порадовало — гоблины старались оказаться поближе к своему лидеру — ни один не устроился за моим столиком.

Ну отлично, приятного вам аппетита. Блин, неприятно, конечно, убивать так, но вариантов нет.

Вождь, разумеется, царственно восседал на своем троне и, задрав нос, наблюдал за своими последователями сверху. Из-под своего стола я рассеянно наблюдал за всем этим. Мой взгляд был прикован к двум поверженным росомахам. Оба остались на сцене. Я с облегчением увидел, что самец шевелится, пусть и слабо, но в каком состоянии была самка… Блин, только бы жива осталась.

Не пожалею на них зелья, если что. Щенкам каким-то образом удалось добраться до матери. Прыгая вокруг нее, они отчаянно лизали и обнюхивали её морду, но она по-прежнему не шевелилась. Неужели всё же мертва? Хотя… Именно в тот момент, когда я с удивлением подумал, что неужели зверей оставят без присмотра, вождь повелительно махнул рукой, и на сцену поднялись два гоблина постарше, покрытых шрамами.