Кредо Хамелеона 2

Ну, если мне когда-нибудь не посчастливиться оказаться в пустыне и изнывать от жажды, то я знаю как нужно поступить.

Я громко рассмеялся, от посетившей меня мысли. Она была настолько гениальной и одновременно настолько безумной, что многих повергло бы в шок лишь от одной мысли об этом.

Пить собственную кровь. Ха! А почему бы и нет, если вынуждают обстоятельства? А дар Хамелеона восполнит утраченное.

Как говорится: и овцы целы, и волки сыты. Хотя, нет. В моем случае это должно звучать так: волк и цел, и сыт.

Ха-ха.

Пока я размышлял, продолжая держать палец во рту, рана уже затянулась.

Вот, кстати, и минус придуманного мной способа избежать смерти от жажды. Раны слишком быстро залечиваются.

Представляю, как это выглядело бы со стороны, когда какой-то безумец постоянно наносит себе порезы и припадает губами к ране, чтобы испить собственной крови.

Интересно, как быстро пойдут слухи о безумной вампире, пьющем собственную кровь? Самовампир. Ха. Или нет. Самоупырь.

Кстати, к разговору о вампирах.

Если кто-то попробует моей крови, он получит такую же высокую регенерацию, как у меня?

Так, ладно, что-то я слишком расфантазировался. А мне ведь все еще нужно Григория Алексеевича найти.

Пора выбираться из этой клетки.

Я поднес воображаемую пилу к прутья на крыше и резко провел. Туда-сюда.

– Трынь! – жалобно сказала воображаемая пила.

Мне на голову посыпалось мелкое крошево. Похоже зубья у пилы поотлетали. Часть из них закатилась за шиворот и теперь предоставляла мне дискомфорт.

Или прутья слишком мощные, или пила оказалась не алмазной. Я потер чешущуюся от множественных покалываний спину.

Нахрен! Я рассеял иллюзию пилы. Разумеется вместе со всеми отпавшими зубьями.

Спину сразу перестало колоть.

Вот зачем, скажите мне, я решил пилить прутья решетки, если все что мне нужно это просто сдернуть эту материю с клетки? Даже просто сделать в ней отверстие сгодится.

А для этого мне не пила нужна, а что-то острое и длинное, чтобы порвать ткань.

Например, длинный металлический штырь, как те что я уже материализовал при атаках. Они у меня уже выходили так ловко, что я и с закрытыми глазами смогу их создать, не то что в темноте.

Но, не успел я совершить задуманное, как ткань с клетки спала сама.

Мне в глаза ударил яркий свет. Я инстинктивно зажмурился, пытаясь не ослепнуть.

После долгого времени в непроглядной тьме, даже обычное освещение сильно било по глазам.