Власть крови II

Что за садист заключил столь прекрасный напиток в оковы этого ужасного металла? Я взобрался на стол. Подполз к кубку на четвереньках. Склонился над ним, вытягивая язык как можно дальше и силясь дотянуться до жидкости. Садист налил кровь куда ниже краёв.

В щёки впились раскалённые иглы морозного металла. От боли я покатился по всему столу, разбрасывая блюда в разные стороны.

— Лестер, хватит себя истязать, — раздался такой знакомый и мучительный голос. — Ты не станешь одним из них.

— Нет, мам, я уже один из них.

— Они пьют кровь, чтобы забирать жизни.

Я медленно полз к столь желанному кубку.

— Никого я не спас.

— Ты спас намного больше, чем думаешь.

— Скажи это им, — махнул я рукой в сторону.

Вокруг забитого стола в стороны расходились руины «Виоры». Одноклассники, студенты и профессора лежали кровавыми кучами мёртвых тел. Во главе стола сидела безрукая Эмильда, пытаясь дотянуться до еды одним ртом. Садист расставил все блюда как можно дальше от неё.

— Лучше бы я сам умер.

— Не говори так, Лестер. Даже не смей думать!

— Лестер, ты слышишь меня?

Тёплая ладонь мягко легла мне на щёку. Открыв глаза, я понял, что лежу в своей кровати. Сквозь окно было видно ночное небо и мрачные верхушки деревьев в моём саду. Хотя зимой было сложно сказать, ночь сейчас или утро.

Пристроившаяся рядом в постели Эмильда взволнованно смотрела на меня своими голубыми глазами. Над ней парил небольшой шарик крови, заливая комнату призрачно-алым светом.

— Что такое? — спросил я, накрывая её ладонь своей.

— Ты опять говорил во сне. Очередные кошмары?

Только сейчас я заметил, что весь в поту. Похоже, битва с вампиром и та ужасная ночь никак не хотели меня отпускать. Накрыв глаза рукой, простонал:

— Ржавая кровь, сколько можно-то? Что я говорил на этот раз?

— Что-то про смерть и про то, что ты никого не спас.

— Ничего нового, — проворчал я, глядя на часы.

Как и боялся, уже было утро. И по большому счёту спать дальше уже было бессмысленно. Тем более, сегодня наконец-то начиналась учёба после каникул в честь Дня рождения Императора.

Наставница же потянулась в постели, словно кошка.

— Может, никуда сегодня не пойдём? — спросила она.

— Профессор Рейн, не находите, что это не слишком-то профессионально?

В меня полетела подушка.

— Как ты меня назвал? — прорычала она, скаля зубки.

— Профессор Рейн, — повторил я, пытаясь скрыть улыбку.