Власть крови II

— На войне нет слова «почти», — ответил профессор Гуэрра. — Либо ты убил врага, либо он тебя.

— Вы удивились, я видел.

— Я удивлён лишь тому, что тебя нужно избить до полусмерти, чтобы ты начал хоть что-то дельное показывать. Почему нельзя это делать сразу?

Его слова заставили меня задуматься. Это и правда был уже не первый раз, когда я превосходил свои пределы лишь в самый последний момент. Даже новые версии заклинаний зачастую мне приходили в голову лишь в горячке боя.

Опираясь на Джолию и подбежавшего Бариона, я смог подняться на ноги.

Бой с Гуэррой порядком меня измотал. После двух взрывов в ушах нестерпимо звенело, что только добавляло боли в гудящей голове. Мне всё ещё было сложно дышать. К тому же вернулась резкая боль в сломанном пальце. В ближайшее время я точно не смогу воспроизводить большинство сложных жестов. По крайней мере, руками. Но всё это блекло перед новым чувством.

Посмотрев на наставника, я ощутил это чувство с новой силой. В моей груди разгорался огонь ненависти. Огонь, что требовал во что бы то ни было поставить этого старика на место.

Доказать ему, что он ошибается на мой счёт. Что я не какой-то бесполезный аристократишка и лжеубийца, а реально единственный живой маг, впервые за долгие века убивший настоящего вампира. И я ему это ещё докажу.

Гуэрра встретил мой взгляд. Весело хмыкнул какой-то своей мысли. Затем заметил пробегавшего мимо Кортуса, которого до сих пор подгонял кровяной сапог.

— Эй, Первый среди доходяг, — крикнул ему наставник. — Сколько кругов?

— Пока что три, — выдавил из себя запыхавшийся Кортус.

— Да уж, тебе совсем не хватает выносливости. Поэтому будем её прокачивать. Упал, отжался!

Джолия с Барионом повели меня к выходу с арены. Последним, что я увидел, был Кортус, который упал в снег лицом в самом прямом смысле. Даже рук не подставил. Зависший над ним Гуэрра орал, что было мочи.

— Кто это тебя так отделал? — спросил отец, указывая кровяной вилкой на мой сломанный палец.

Мы с Кортусом уже по сложившейся традиции на выходных обедали у меня в особняке.

Зачастую к нам присоединялась Эмильда, и тогда обед растягивался до глубокой ночи. К тому же превращался в попойку. Но иногда из своих загородных лабораторий возвращался отец. И вот тогда за столом пропадала любая дружелюбная атмосфера. Ладно он хоть Кортуса стал, наконец, замечать.

— Новый профессор боевой магии, — буркнул я в ответ.

Меня бесил гипс на пальце. Лекарь сказал, что его придётся носить минимум 3 недели.